-Кажется, это существо не настроено принимать гостей! – прошептала сестра.
В следующий миг к ним подскочил принц Альберт и помог обоим подняться на ноги.
-Наверное, думает, что мы пришли убить его! Как те, кто нанес эту рану! – предположил Генрих, указав на крыло драконицы.
Взглянув, Балиант едва сдержал тошноту. Крыло бедолаги пересекала длинная рана. Запах исходил от нее. Похоже, удар был нанесен грязными вилами или чем-то подобным. Крыло драконицы было просто в ужасном состоянии! «Как она только допустила подобное?! Почему не обработала рану как следует?!» - поразился Балиант.
Впрочем, подойдя ближе, он обнаружил, что эта рана на «чудовище» была отнюдь не единственная. Иссиня-черная грудь драконицы блестела от крови. Несчастная открыла глаза и с печалью взглянула на Балианта, понимая, что сил не хватит даже на то, чтобы избавиться от четверки настырных людей, пришедших ее добить. Драконице удалось лишь издать жалобный стон в ожидании, пока закончатся ее мучения.
-Мы одного племени, сестра! – на драконьем языке сказал ей Балиант.
После чего юноша бесстрашно подошел к чудовищу и принялся обрабатывать ее рану, при помощи чистой тряпицы и воды из своей фляги. Принц Альберт между тем подошел к драконице со стороны морды и развернул мешки с едой, которые захватил с собой из таверны. Уже собиравшаяся было перекусить его пополам, драконица передумала и осторожно одними губами взяла лакомство.
-Как тебе только в голову пришло взять с собой еду для нее?! – восхитился Генрих.
-Нам же сказали, что она ранена, - пожал плечами Альберт. – Ну, я и подумал, что раненный дракон не сможет охотиться, значит, голодный…
С этими словами он вытащил пробку из своей фляги и вылил содержимое в пасть драконицы. Та в ответ благодарно шевельнула хвостом – единственный способ, каким сейчас раненная могла выразить свои эмоции.
-Бедняжка! Ей так больно, наверное! И этот ужасный запах! – с сочувствием произнесла Иззи, погладив зеленоватую морду драконицы по гладкой чешуе.
-Да! Запах ужасный! – выдавил Генрих. – Меня вот-вот стошнит!
-Выйди из пещеры, если не сможешь сдержаться, - попросил его Балиант. – Здесь и без тебя продохнуть не возможно!
Осторожно обработав рану, он смазал ее заживляющей мазью, которую дал ему с собой Калверт. Вот только наставник рассчитывал, что она понадобится самому Балианту. Или он будет лечить людей с ее помощью. Ее с трудом хватило для раны на крыле драконицы. Да и то лишь на один раз. Покончив с крылом, Балиант принялся осматривать остальные раны на теле несчастной. К счастью, они были не такие глубокие и хотя бы не гноились.
-Потерпи! – велел он ей на драконьем языке, а сам опрометью бросился из пещеры.
-Тебя тоже тошнит? – с сочувствием бросил ему вслед Генрих.
Но дело было не в этом. Балиант отправился за лекарственными травами. Вскоре он вернулся вместе с остатками провизии и целой охапкой трав. Часть он заставил драконицу съесть вместе с засохшими мучными лепешками. Остальное растер между двух камней в густую зеленую жижи и на всякий случай смазал этим остальные раны на теле драконицы.
-Теперь тебе лучше поспать, - сказал ей Балиант. – Как тебя зовут?
-Луа! – ответила она, прежде чем закрыть фиалковые глаза.
На следующее утро драконице стало чуть получше. Изабель удалось подстрелить в лесу несколько кроликов из своего лука. Так что каждый раз, когда просыпалась драконица, они с Альбертом и Генри подсовывали ей в рот кусочки слабо поджаренного мяса. А Балиант набрал еще трав и воды в ближайшем ручье и приготовил теплый травяной отвар, который вливал ей в горло из своей фляги.
-Как получилось, что ты похож на мой народ? – спросила Луа, проснувшись.
Пришлось Балианту поведать ей свою местами печальную и удивительную историю. Которая повергла драконицу в изрядный шок.
-Воистину мудра предводительница твоего племени! – рассудила Луа. – Вырастить принца людей в племени! Вот это идея!
-Угу! Только королю с королевой она совсем не понравилась, - проворчал Балиант.
Иногда он задумывался о том, каково Себастьяну и Катарине было отдать его чародею, не зная, какая участь постигнет ребенка. Определенно он не хотел бы оказаться на их месте!
-На вот, попей! – сказала Иззи, придвинув к морде драконицы котелок с остатками целебного отвара.
Луа покорно вылакала его содержимое. Затем слопала остатки крольчатины, которую Генри с Альбертом поджарили и мелко нарезали для нее. Балиант между тем вооружился чистой тряпицей из своих запасов и принялся вновь промывать рану на ее крыле. Луа выразительно шипела от боли и даже скалилась, но не предприняла ни единой попытки им навредить. Лишь хвост драконицы болезненно дергался, не трогаясь с места.