Бить не стали – ни его, ни меня. Не хотят портить себе же будущее удовольствие.
- Еще раз попробуй – и мы свяжем господина Наблюдателя, - усмехнулся ближайший цыган. Наверное, возглавляющий караул у нашей тюрьмы. Наверное. - Облегчим задачу твоим зубам.
- Джайлз, - наверное, впервые за всё это время в глазах Оза плещется настоящий ужас. В еще человеческих глазах. – Джайлз, срочно найдите, чем меня связать. Пока еще есть время.
Я устало покачал головой:
- Даже если распотрошить нашу одежду – оборотень порвет эти веревки в мгновение ока. А наручников здесь нет.
Как и клетки. Кроме тряпичной, где мы сидим вместе.
Пожалуй, при нем сейчас не стоило упоминать слово «потрошение». Он и так – бледнее мела.
- Не волнуйся, Оз, они просто хотят заставить нас паниковать. Они не дадут меня убить. – Верю ли я сам себе. Я наивен, но не настолько же… - Ты же помнишь, я приговорен к «страданиям вечно».
- Джайлз, это сказал ты, а не они, - совсем тихо ответил мой юный друг. – А они о твоей судьбе ничего не говорили.
- Они обещали отдать меня Чейзу вместо Баффи, помнишь?
Только Чейз не станет считать заложников по головам. Ему важна лишь жизнь Корделии.
- Они не держат слово, данное не-цыганам. Обмануть не-ромалэ для них почетно.
Я не стал спрашивать, откуда Оз об этом знает. Знает – и всё. Они вообще умные – мои дети.
А мне сейчас впервые в жизни изменило даже мое вечное любопытство. Какая уже разница?
Значит, я таки не буду мучиться угрызениями совести – разве что на том свете. Надеюсь, всё же не попасть в ад. Учитывая, что это – измерение демонов, там меня ждет слишком много моих личных врагов. В том числе, и убитых мной собственноручно.
Да и жертвы других Наблюдателей и Истребительниц мне тоже очень душевно обрадуются...
Могу ли я рассказать, о чём мы думали тогда? Нет, не стоит. Мне и сейчас невыносимо… и я почти забыл. Помню лишь, что Оз молча забился в какой-то угол – сел там, обнял себя руками, отвернулся к тряпочной стене. Его трясло. Он не мог взглянуть мне в глаза. А мне было жаль его, а не себя. Может, потому что я успел уже и со смертью на алтаре смириться.
- Оз, - попытался успокоить я его – хоть немного. Вдруг парня еще успеют спасти? Неважно, кто. Хоть полиция. И он останется жить. Со всем случившимся. У Оза ведь душа на месте. Причем, действительно вместе с сердцем и совестью. - Это будешь не ты…
- Джайлз, ради Бога! – парень обернулся ко мне, - Ты знаешь, что это всё равно буду я. Моя темная сторона, если хочешь подробнее. У нас у всех она есть, но только я и Энджел настолько опасны для окружающих. Ну, и еще Баффи – теперь. Джайлз, когда… если сможешь – убей меня. Я не хочу с этим жить! – сорвался он. – Я всё равно потом не буду…
Кто сказал, что тебе позволят? Тебе ведь тоже не обещано вечных страданий, разве нет? Дальше моей смерти – никаких гарантий.
- А я, думаешь, хочу? – горько усмехнулся я.
- Если ты убьешь меня, это будет просто самозащитой.
- Ты это Уиллоу объясни. И потом – у меня всё равно ничего не выйдет. Оборотню я не противник. Я же Наблюдатель, а не Истребительница. А в человеческом облике тебя убить… Я – не бездушный вампир, не свихнувшийся цыган и даже, к счастью, уже не на службе у Совета.
Мы еще успели пожать друг другу руки. Прежде чем знакомая гримаса уродливого искажения неумолимо прорезала лицо Оза…
3
…Это ад или рай? Нет, в раю не бывает так больно. Если, конечно, у меня хотя бы о нем верная информация.
Или не завелись злейшие враги еще и среди официальных праведников. Вдруг там я угодил в мстительные руки целого племени невинноубиенных семьей Анджеласа цыган? Они как раз вряд ли попали в ад. И уже сотню лет ждут шанса отомстить.
Боже! Лучше не шевелиться. Иначе в руках врагов я окажусь в полнйо отключке.
- Руперт!
Дженни. Ее лицо – совсем близко. Нет, в Аду такого быть точно не может. А мстительные цыгане ее бы ко мне просто не пропустили.