Интересно, кто из темных кинул утку людям о приверженности нечисти к средневековому стилю? Во всех фильмах одно и тоже. Глупости.
Прибыли фрейлины Королевы. Им по статусу полагалось быть разодетыми в наряды с подчеркнутой эротичностью, с ярким макияжем, высокими прическами. И горящими красными от жажды развлечений глазами. Ревье любит своих гостей и, как настоящий радушный хозяин, он всегда готовил некое угощенье. Со времени его последнего Обряда, когда он заглотил кого-то из творческих гениев, его развлечения для гостей стали более извращенными и красочными. Для полной помпезности не хватало только салюта в форме сердец. Конечно, об этом вслух никто не говорил и не поощрял, но Королева просто в восторге от кровавых шуточек француза.
Отсюда с холма видно, как прибывающие гости переговариваются друг с другом. Главная тема с того момента, как Мишель Ревье дю Геклен объявил об Обряде — позволит ли Совет так просто войти французу в свои ряды. Даниил знал каждого, кто числился в рядах бунтовщиков. И все они были здесь, предвкушая триумф своего вождя. И тогда им достанутся самые лакомые кусочки. Если не считать надвигающийся переворот, то все практически, как тогда. Когда-то именно здесь Ревье дю Геклен выпил Катерину. Не нужно было вспоминать. К чему это теперь? Но демон не смог осадить свою память.
Даниил был молодым демоном, совсем недавно переборовшим свою жажду. Мир предстал перед ним по-новому, совсем не такой, как раньше. Демоны лишены тех эмоций, что делают их человечней. Будучи вервольфом, он продолжал любить и дорожить такими вещами, как ощущение свободы во время бега, привязанность к стае. Став демоном, он ампутировал подобные эмоции. Они сами по себе отпали, больше не беспокоя. Но, не смотря на это, Даниил продолжал некоторое время встречаться с вервольфом, которую любил когда-то. Он не знал, как еще можно было обозначить это чувство. Уже не любовь. Привычка.
И замок Мишеля Ревье дю Геклена его поразил своей громоздкостью. Даниил никогда не гнался за роскошью, ни будучи человеком, ни вервольфом. Эта черта перешла к нему и в ипостась демона. Мишель Ревье же напротив очень любил пышность, роскошь, многослойность. Для того Обряда француз старался, как никогда. Все дышало тайной, под покровом секретности проходила подготовка к Представлению Жертвы. Существовавший сотнями лет закон, обязывал презентовать Жертву за несколько дней до Обряда. К чему это было придумано, Даниил не знал, но традицию не нарушали никогда.
Что-то от Востока было в интерьере замка в ту неделю перед полнолунием. Тонкие прозрачные драпировки скрывали ходы и выходы из залов. Они же составляли большую часть маскарадных костюмов, что приготовил Ревье для гостей. Да, это было Представление с размахом. Все те же драпировки, завуалировавшие Жертву, витали в воздухе от малейшего дуновения сквозняка, свободно разгуливавшего по замку. Огонь факелов танцевал под порывами, наполняя замок причудливыми тенями, образами, притаившимися за очередной тюлю. Жертву так никто толком и не смог рассмотреть. Но, впрочем, это только усилило атмосферу недели Обряда. И почему-то никто и не обратил внимания на то, что энергия, исходящая от Жертвы, была не человеческой. Это была энергия ночной поляны, залитой лунным светом и волчьим воем. Последующие дни и ночи до полнолуния прошли в опьяненном атмосферой состоянии, созданном Ревье дю Гекленом.
На саму ночь Обряда Жертву опять вывезли на пьедестале, укрытую полупрозрачными драпировками. Пьяные от угощений француза из самых сильных человеческих эмоций, гости не сразу заметили, что под занесенным кинжалом оказалась женщина оборотень. Кинжал полоснул по ее запястью, полилась кровь. Даниил вскочил с места, узнав искаженное страхом лицо Катерины. Русые волосы рассыпались волнами, глаза сверкали, как перед обращением. Но сил перевоплотиться в волка у нее не было. Последующие события развивались настолько быстро, что демон до сих пор не мог в них четко разобраться. Момент оцепенения длился слишком долго, как поставленное на "паузу" воспроизведение. Привычная привязанность к Катерине вынуждала защитить. Не переваривая несвойственные его виду чувства, Даниил кинулся, чтобы спасти бывшую пассию. Но Ревье уже пил кровь, принимая ее силы, ее сверхспособности. Члены Совета поднялись со своих мест, Король демонов в страшном гневе оказался рядом с обезумевшим от крови Ревье, одним движением мысли откинув его в сторону. Но это уже не могло спасти Катерину. Жертва, которую готовили именно для Обряда, не выживает. Даже, если сам Обряд прерывается.