Она пожала плечами, пожав плечами.
— Ну, у меня много разного народу ошивается. Я, знаешь ли, девушка активная.
Соня уверено направилась к двери. Мне же хотелось схватить ее за руку и сидеть тихо, как мыши, под лапой кота.
— Не открывай! — Вскочила я.
— Я сомневаюсь, что это твой наркобарон. Не могут же они так оперативно работать.
Я все же побежала следом. На экране домофона высветилось лицо батюшки Алексия в повседневной одежде. Руки мои мгновенно вспотели. Рвотный рефлекс настойчиво пульсировал в горле. Позади батюшки мелькнул силуэт Кевина.
— Что-то я не помню этого дедулю. — Хмыкнула Соня. — Это по твою душу?
По моему бледному лицу и без моего ответа было понятно.
— Ты не представляешь, как точно ты сказала. — Прошептала я.
Они нашли меня здесь, у человека, никакого отношение ко мне не имеющего. Если они нашли, то и Мишель Ревье сможет это сделать. Я посмотрела на Соню, закусив губу. Втягивать ее еще больше нельзя. Я и так ей создала проблемы. Ее беззаботная жизнь в неведении может прерваться, обернувшись противоположной стороной, полной нежелательной правды.
— Я пойду. — Прошептала я. — Меня нашли.
Соня выпучила свои и без того огромные глаза.
— Да, ты с ума сошла! Я не пущу тебя!
Только теперь я поняла, насколько подвергла ее опасности.
— Это не те, от кого я бежала. — Я пыталась звучать как можно более убедительно. — У них я скрывалась день.
— А чего же ты тогда и от них убежала? — Воскликнула Соня, закрывая собой дверной проем. — Я не отпущу тебя. Я немедленно звоню в полицию.
Выражение ее лица не подразумевало сопротивления. Но ее решимость треснула, как китайская ваза. Звук разбитого окна, как взрыв прогремел в ушах. Порыв ветра пробежался мурашками по коже. В коридоре мелькнул черный силуэт.
— Что за черт? — Закричала Соня.
— Мой знакомый черт. — Сглотнула я от страха.
Даниил нарисовался рядом с Соней, как образ в графическом дизайне. Он только шепнул слово на ухо рыжеволосой англичанке, и она отключилась. Медленно опускаясь на пол, Соня задела головой трубку домофона. Противный писк оповестил о том, что входная дверь открыта.
— Что ты с ней сделал? — Закричала я на этот раз.
— Замолчи! — скорее устало, а не злобно прозвучал приказ.
Размытый силуэт Даниила схватил меня за локоть и поволок вниз по лестнице.
— Она жива? — не унималась я. Беспокойство за Соню временно перекрыло страх за свою собственную жизнь.
— Она просто уснула. Не истери.
Совсем не нежно он выволок меня на улицу, где уже собрались все Воины (что б их!) и практикант. С деревьев, что росли во дворе, взлетели стаи птиц, тревожно защебетали. Алексий смотрел на меня виноватыми глазами.
— Аня, мы не хотели тебя пугать.
Но речь батюшки перекрыл рык демона.
— Пугать ее? Эту безумную? Целый день я потратил на то, что бы отыскать тебя. Ты понимаешь, какой опасности себя подвергла? — Даниил схватил меня за плечи, больно сжав их.
На нас ошарашено уставились не только Воины, но и проходившие мимо люди.
— Убери от нее руки. — Процедил сквозь зубы Кевин.
Демон направил свой тяжелый взгляд на практиканта, забыв обо мне.
— Тебе стоит осторожнее разговаривать с демоном Высшего Ранга, смертный. — Прошипел Даниил.
Воздух электризовался и трещал на коже. Демон и человек готовы были схватиться на улице.
— Прекратите оба. — Властный и холодный голос резко хлестнул по воздуху.
Но враги продолжали смотреть друг на друга, буравя глазами. На мгновение мне показалось, что голос Милоша не возымел желаемого эффекта. Но Кевин первый развернулся к нам спиной и направился прочь.
— Пора уже отсюда убираться. — Произнес Алексий.
Я шла к черной машине в окружении Воинов. Демон плелся сзади. Я физически ощущала его взгляд. Я даже, кажется, слышала его мысли. На коже до сих пор осталось слабое тепло его пальцев. Я даже испытывала какую-то жалость к нему.
Уже садясь в машину, я обернулась. Мы стояли на расстоянии сто метров друг от друга. И меня все еще трясло от страха. А сердце ныло от жалости. Демон внимательно всматривался в мои глаза. Хмыкнул. И его голос в моей голове четко произнес: "Мне не нужна твоя жалость".
Окрестности Праги, замок Мишеля Ревье,15:00
Комиссара полиции Вайновского доставили к замку на черной машине с тонированными окнами. Его проводили под конвоем по путаным коридорам. Стараясь унять дрожь в коленках и не смотреть на мощных конвоиров, Вайновский боялся даже дышать. Он знал, что конвоиры не люди. И знал, что месье Ревье тоже не человек. И это в прямом, а не в переносном смысле! Комиссару доводилось скрывать некоторые дела, после того как месье Ревье веселился в городе со своими ребятами. После первого такого случая Вайновский не мог уснуть, боялся закрыть глаза, его рвало. Стоило векам сомкнуться, как в темноте всплывали обезображенные куски тел молодых девушек и парней. Эти чудовища любили именно молодое мясо.