Свет фар осветил троих Воинов. Энергетическое сияние одного угасало, как пламя свечи. Уж не знаю, как, но Кевину удалось-таки вывести машину из гаража. Она как колесница бога Ра, неслась по объездной дороге. Кевин ехал к нам, тормозя у выездных ворот. Увидев, что машина остановилась, и трое аккуратно подняли тело батюшки Алексия, я кинулась к ним, выставив руки вперед, чтобы ни на что не наткнуться. Стараясь не думать о том, что батюшка больше никогда не посмотрит на меня своими молодыми голубыми глазами, я надеялась, что он жив. Опять полыхнула хлесткая молния, треснуло небо. Я все еще бежала в направлении машины, насколько это было возможно в дождливой тьме. А люди все так же стояли без движения, как слепые щенки. Полосы энергии людей, питающие Ревье, порвались и опали на землю, тая. "Чего они ждут?" — зло подумала я. Благоразумнее было бы разбежаться по зданиям. Сомневаюсь, что Ревье, после разборки с другим демоном может обратить внимание на такую мелочь, как простые смертные, из которых он уже отпил. Я никогда не присутствовала при сражении двух демонов, но, полагаю, для смертного даже наблюдать подобное опасно. Переведя взгляд на демонов, я увидела, что Ревье перешел в наступление. Он взмахнул рукой, и длинные энергетические следы протянулись когтями хищника к Даниилу. Рванули его по груди, прорвав плоть. Даниил взвыл от боли. Его рев напугал тех, что стояли в церковном дворе. Мое сердце сжалось в маленький комок.
Я наконец-то подлетела к машине, куда уже затащили тело батюшки Алексия. Усевшись в машину, отец Пабло потянул меня за руку.
— Садись скорее! — крикнул он мне.
Поднялся дикий ветер, трещали стволы деревьев, мои волосы взмыли в воздух.
— А как же люди? — закричала я, видя внутренним взором, как они все еще толпятся во дворе. Вот глупцы!
— О них позаботятся. — Пабло с невероятной для старика силой впихнул меня в машину. — И дай ты им посмотреть, ради всего святого, Аня! Люди отродясь не видят подобных вещей, а теперь более рьяно молиться будут.
Голос Пабло звучал возбужденно, глаза его сверкали даже в этой темноте.
— Да разве так можно, Пабло? — Возмутился Милош. — Поехали! О них позаботятся, Аня, не переживайте.
Машина рванула с места.
— Кто? — Вскрикнула я, откидываясь на заднее сиденье.
Пабло засмеялся так задорно, что я подскочила. Его загорелое лицо разгладилось от морщин. На меня смотрел молодой красивый мужчина, смеющийся свободным смехом.
— Смотри, Аня, такого ты тоже еще никогда не видела. Давненько такого не было, да, Милош! — Продолжал смеяться отец. — Давненько не было таких потасовок.
Я с открытым ртом смотрела на небо, которое взорвалось вспышками света. Девять светящихся силуэтов спускались с неба. Нетрудно было догадаться, кто это. Их крылья раскрылись, позволяя парить по ветру рваными кусками светящейся энергии. Они были столь прекрасны, что все опасения и тревоги замерли, поспешив ретироваться и оставить в покое не только меня, но и тех, кто в ужасе смотрел на демонов и ангелов со двора церкви. Захотелось плакать от счастья, я без стыда вытирала слезы, облегченно вздыхая. Зубы мои клацали в такт трясущей меня мелкой дрожи. После всех этих приключений, если я останусь жива, я обращусь к психологу. А аргентинский священник потирал довольно руки, жалея, что ему приходится уезжать. Похоже было, что он бы с радостью остался и понаблюдал, а еще лучше, принял непосредственное участие.
— Это Хранители тех людей, что остались в церкви. — Смеялся Пабло. — И сейчас Ревье очень не поздоровится! Хранители очень не любят, когда обижают их подопечных!
— А как же Даниил? — испугалась я. Он был там, и он спасал наши жизни. Хотя, я еще не определилась со своим отношением к нему, все же демон был на нашей стороне. Я могла его бояться, когда его гнев направлен на меня. Но на тот момент все его внимание было направлено на Ревье. И, наверное, это значило, что он не обманул меня. В общем, я так запуталась, мне просто хотелось, что бы он остался жив. Но, желательно, чтобы он остался где-нибудь подальше от меня.
— Не переживай, Анечка, на нем твоя метка. — Пытался успокоить меня отец Милош.