Три древнейших демона уже давно пришли к выводу, что не так уж далеко они ушли от человека. Это молодые кичатся своими возможностями, поглощенные небывалыми способностями. Это потом, когда все приедается, когда от избытка времени начинаешь изучать философию, думать подолгу, размышлять, понимаешь, что человек все же стоит выше. Да, он не совершенен. Но, древний демон, обличенный могуществом и властью, начинает ему завидовать. Не даром демоны для Обряда выбирают талантливых, оригинальных, выделяющихся из толпы Жертв. После одного из обрядов, понимаешь, что не хватает счастья. Пустота внутри требует чувств, сосет от тоски. И начинается отбор счастливых, влюбленных, эмоциональных. И все только для того, что бы быть человечнее, чтобы быть похожими на них, любимых детей Бога. А разве виноват человек, укушенный вампиром, оцарапанный оборотнем, что он стал темным? Виноват ли он в том, что не может добровольно выйти под солнечный свет и умереть, дабы душа его отошла на Небеса? Виноват в том, что и здесь, в ночи ты должен защищать себя? А чтобы защититься от сильных, нужно самому стать сильнее. А для этого нужно идти вверх по карьерной лестницы Темных. Ты становишься демоном. Выбираешь Жертву, становишься сильнее, умнее, мудрее, талантливее. Приобретаешь талант великого полководца. Тодеуш улыбнулся. Бедный Ерик, он так хотел выпить кровь Наполеона. Так долго ждал его свержения, что бы никто не заподозрил в исчезновении императора участие Темных. А оказалось, что тот отравлен ядом. Даже поразительно, насколько быстро отравленная ядом или болезнью кровь человека распространяется по телу демона.
Да, это был идеальный вариант. Ревье только и успел бы, что осознать, что выпил отравленную смертельным вирусом кровь Жертвы. Обжигающим жидким огнем она потекла бы по его венам. И он, возможно, заплакал бы, так как стал смертным. А смертным дан величайший дар — слезы. Тодеуш помнил, как плакал Ерик, выпив кровь этого Наполеона. Плакал от досады. Ведь, это действительно был несчастный случай. Допущенная оплошность. Вот и Ревье будет плакать, становясь смертным. Привыкший к благам, к власти и могуществу, он вдруг окажется жалкой букашкой. И эту букашку растопчет один из столь ненавистных французом людей. Интересно, куда они идут потом, эти отравленные и ставшие смертными, демоны? Что с ними происходит после? А может тоже выпить кровь, зараженную вирусом и стать человеком? И, наконец-то, умереть.
Да, это был идеальный вариант до того, как Исполнитель привязался к Жертве. Теперь же остальные члены Совета знают об этом. Уберечь влюбленную парочку Тодеуш с этого момента не сможет. А после того, как план все же будет приведен в действие, Королева и ее прихвостни взбунтуются, зная о заинтересованности Исполнителя Совета в отравленной Жертве Ревье. Палка о двух концах — оставить любовника Виктории жить, значит бездействовать и потерять контроль над ситуацией. Ревье очень быстро засадит нож в спину Совета. Убрать Ревье с помощью Жертвы, все равно, что посадить его на осиновый кол прямо во время Обряда пред очами Королевы. В любом случае переворот неизбежен.
— Нам следует обратиться к Светлым. — Подобное решение никогда еще не обсуждалось в Совете.
Но взрывоопасное состояние ополчения грозит бабахнуть в любой момент. Если начнется заварушка при дворе демонов, она тут же перекинется на людей. А если люди начнут плакаться своему Богу, Светлые кинутся защищать смертных. Тодеуш повернулся лицом к остальным членам Высшего Совета демонов. И каждый здесь это понимал.
— Если мы вовремя ненавязчиво выделим Королеву и ее свору, как потенциальную угрозу, мы останемся с чистыми руками. Поможет ли? — Размышлял Эдвард.
— Даже если мы попросим Светлых о помощи, — Эти слова встали комом в горле Александра. — Бунта не избежать. Виктория так просто не сдастся.
— Но таким образом мы отойдем в сторону и позволим Светлым заниматься всей грязной работой. — Вяло вступился за свою идею Тодеуш. — Пусть они сами разбираются с Королевой демонов и ее приспешниками. А точнее будет сказать, пусть Светлые сами разбираются с теми, кто стоит за Королевой. Мы за этим со стороны понаблюдаем, кое-где посодействуем, а потом вернем все на круги своя. Посадим нужную фигуру на трон, когда все успокоиться и продолжим работать в прежнем направлении. Это лучше, чем допустить Ревье в Совет и дать ему возможность воплощать свои больные фантазии в реальность.