Она выплакала все слезы. Она практически ничего не видела, опухнув от рыданий, когда ее привезли к новому хозяину. Ее долго намывали, вымачивали, втирали масла в кожу, приводили в порядок волосы. И все для чего? Что бы она, открыв глаза, увидела, как на нее кидается оборотень?
Он не убил ее. Так и не сказал никогда, почему сохранил ей жизнь. Но лучше бы он этого не делал. Долгая жизнь, полная страданий от предательства не радовала Викторию. Обернувший ее оборотень, дал ей свободу через несколько лет. Виктория начала искать своего Любимого. Что она собиралась сделать при встрече, она не знала. Но увидеть его хотя бы один раз, она жаждала, как глоток воды в пустыне. Тупая боль в сердце не унималась, напротив, становясь все невыносимее. Но время шло, ее Любимый больше в стране не объявлялся. Ходили слухи о том, что он умер от слишком усердного употребления опиума. Поняв, что мстить отныне некому, Виктория пришла в бешенство. Она так часто думала о том, как посмотрит ему в глаза. И, скорее всего, ничего в них не увидев, она оборотится и теперь уже посмотрит на него своими продольными зелеными зрачками с красной радужкой. И, чем дольше искала его, тем больше убеждалась в том, что хочет заставить его страдать физически. Она бы убивала его очень медленно, чтобы он прочувствовал каждый момент ее присутствия рядом. Что бы даже на том свете помнил о том, что он с ней сделал, в кого превратил. Но оказалось, что Любимый сам позаботился о своей смерти. И это ударило ее больнее, чем даже в первый раз. Он предал ее дважды. Сходя с ума от накопленной ненависти, Виктория нашла на кого выливать ее. Жаль, что человек так слаб и долго ее игр не переносил.
Узнав, что у демонов нет сердца, Виктория Инициировалась. И с тех пор жила спокойно и равнодушно, мстя каждой особи мужского пола за свою обиду. Не видя в них несущественной разницы в принадлежности к расе вампиров, вервольфов, демонов, убивала одного за другим, все больше жаждая крови и отмщения. Какое же наслаждение она получила, убив своего супруга, давшего ей бразды правления.
И никогда не думала она о том, что, отказавшись от ее тела, Даниил только сильнее этим задел свою Королеву. Он поселился в ее мыслях, как навязчивая больная идея. И как же он ошибся, выбрав эту смертную девку. О, что же ты наделал, Даниил? Что ты натворил?
Сердце стучало, отдаваясь в висках, как бой курантов. Его надо заставить замолчать. Вырвать из груди и раздавить. Если Королева демонов могла жить без сердца до этих пор, то и после сможет. Вырвать! Вырвать сердце!
Виктория поднялась, выбравшись из угла, в который забилась. Она подошла к высокому во всю стену зеркалу. Теперь она уже не отражалась, как черная энергетическая рябь. Королева Демонов четко видела свой ровный силуэт, слегка дрожащий и прозрачный. Никакого привычного размытого силуэта. Нагая, она дрожала от холода. Или от страха? Мурашки бегали по бархатистой коже, без единого изъяна. Она широко расставила ноги, постелив предварительно багровые бархатные шторы на холодный каменный пол. Смотря на себя в зеркало, она видела, как пульсирует всегда неподвижная яремная впадинка.
Закричав заставлявшим кровь стынуть в жилах криком, она рывком отправила ладонь с растопыренными пальцами в грудь. Вырвав пульсирующее сердце, Королева Демонов продолжала стоять напротив зеркала, смотря безумными глазами на то, что лежало в ее руках. Заливаясь черной кровью, она обмотала себя простынею, зная, что кровь скоро свернется, края раны зарубцуются, срастаясь. Ее красивая грудь будет, как новая. И под ней не будет ничего стучать!
— Кис-кис! — Позвала она.
Огромный гибкий леопард, спавший до этого на коврике у камина, поднял голову. Виктория кинула в его направлении черное от крови сердце. Леопард сорвался с места, с аппетитом накинувшись на кусок мяса. Но, дожевав его, пятнистое животное упало замертво.