Я добросовестно порылся в памяти.
— Там было холодно. У меня кожа насквозь промерзла, а у Юджи едва кровь не хлынула горлом из-за осевших на слизистой оболочке кристалликов льда.
— Это только поверхностные изменения. Тебе когда-нибудь говорили, что в это время происходило с остальным телом?
— Э… нет. Меня после возвращения сразу вырубило, а потом я сутки провел в медицинской капсуле, по окончании пребывания в которой мне сообщили, что я здоров.
Лимо внимательно на меня посмотрел.
— Боюсь, это было не совсем верное заключение. В профессионализме твоих целителей я ни в коем случае не сомневаюсь, но хочу напомнить, что никто из них понятия не имеет о том, что такое промежуточное, поэтому не представляет последствий контакта с ним живых.
Я насторожился.
— Что вы хотите сказать?
— В промежуточном, если помнишь, нет времени как такового, — пояснил маг. — Прошлое, настоящее и будущее сжаты в одну точку. Для мертвого это — естественное состояние, мертвым время ни к чему. А вот для живого… попасть в такое место даже на очень короткое время может быть смерти подобно. Ты когда-нибудь слышал о временных ловушках?
— Да, — нахмурился я, припоминая, что по этому поводу говорил мастер Майэ. — Внешне это проявляется состоянием полного стазиса. И еще говорят, что магов, которые в нее попали, не стремятся извлекать.
— Верно. А почему их не трогают, знаешь?
— Потому что во временных ловушках время для тела и для разума течет по-разному. И если тело может сохраняться неизменным, то разум, напротив, способен состариться за мгновения.
Лимо покачал головой.
— Нет, Адрэа. Это справедливо только для обычных магических ловушек и естественного стазиса, который наступает при полном магическом истощении. Состояние, разумеется, смертельно опасное. Шансов выйти из него даже с помощью опытных целителей один на дэквион. И то не факт, что спасенный останется разумным. Однако промежуточное — совсем другое дело, а его природа такова, что человек, оказавшись там, попадает в период так называемого безвременья, поэтому его биологические часы при контакте с промежуточным не останавливаются, а начинают сбиваться. Помнишь, что я тебе рассказывал про личное время?
И вот тут меня неожиданно осенило.
Черт меня задери…
— Прошлым летом, выбираясь из пространственно-временной ловушки, ты уже контактировал с промежуточным, — подтвердил мою догадку Лимо. — Очень недолго, конечно. Но, скорее всего, первый биологический сдвиг в твоем теле произошел уже тогда.
— Какой именно? В сторону ускорения или же…
— Скорее всего, в сторону замедления, иначе ты бы уже заметил неладное. Но тогда ты выжил. То есть сдвиг был совсем крошечным и еще нескоро смог бы проявить себя. Однако сейчас другая ситуация. На этот раз в аномалии ты пробыл намного дольше. И при этом своевременной медицинской помощи тебе никто не оказал. Да, регенерация тебе, скорее всего, помогла, но я все равно хочу спросить…
Лимо пристально на меня взглянул.
— Ты хорошо себя чувствуешь, Адрэа? Ничего плохого в себе не заметил?
У меня спину осыпало морозом.
Дайн! Так вот что на самом деле произошло со мной внутри аномалии! В прошлый раз, если сдвиг и был, то мое личное время замедлилось лишь самую малость. Лимо когда-то утверждал, что это необратимо, а время потом так и будет замедляться до тех пор, пока я не умру. Но я этого не знал, не чувствовал, не видел. Многочисленные обследования тоже ничего плохого не показывали, так что, вероятно, сдвиг и впрямь был совсем крошечным. Тогда как сейчас…
— Вы думаете, с прошлого раза тот сдвиг во мне так и остался? — прямо задал вопрос я, уже подозревая, что ответ мне не понравится.
Лимо кивнул.
— Скорее всего. Но процесс идет очень медленно, поначалу совсем незаметно, так что ты мог вообще не понять, что с тобой что-то не так. Однако второй контакт с промежуточным должен был ускорить эти изменения. Как минимум усилить, а как максимум — повернуть процесс вспять.
Я прикусил губу.
— Насколько быстро?
— Не знаю, — дернул щекой маг. — Поэтому и спрашиваю: ты ничего плохого в себе не заметил?
— Заметил, — признался я. — Мое тело стало разрушаться. И в последние несколько рэйнов процесс пошел намного быстрее, чем поначалу. Даже регенерация уже не спасает. Полагаю, это означает, что мои биологические часы снова сдвинулись, но на этот раз не замедлились, а резко ускорились?
Лимо опустил плечи.
— Боюсь, что так.