— Мастер Майэ, вы не могли бы показать нам проекцию дара вашего ученика?
Пожалуй, в моем рассказе это был самый опасный момент, потому что, не зная содержания записей профессора ос-Ларинэ, самородок вроде меня ни за что не сообразил бы, что в условиях высокого магфона можно быстро и качественно прокачаться, а не менее высокий уровень следовой магии этот процесс резко ускорит.
Но я-то качался. Причем днем и ночью, будучи не в силах упустить такую уникальную возможность. Результат моих действий тоже был налицо, и уже одно это могло поставить под сомнение все, о чем я только что говорил.
Мастер Майэ, естественно, просьбу его величества выполнил, поэтому, не успел я оглянуться, как над столом повелителя зависла красивая голограмма… точнее, самая настоящая иллюзия, при виде которой господа маги беспокойно переглянулись, а у тэрнэ на лбу появилась тревожная складка.
Я тоже внимательно уставился на проекцию, хотя не так давно уже видел ее во всей красе: два внушительных по размерам магических древа… перемычка… множество разномастных отростков, которых не так давно и в помине не было…
За то время, что я провел в капсуле, картина практически не изменилась. Разве что перемычка и впрямь стала еще короче, чем раньше, хотя и не настолько, чтобы насторожить пристально присматривающихся к ней мужчин.
Мастер Майэ, судя по всему, и впрямь видел мой дар во всех подробностях, и ему для этого никакие приборы были не нужны. Поэтому и проекцию он дал совершенно верную. Однако даже он не смог разглядеть в ней самого главного — на его проекции, в отличие от моей, не было Таланта, иначе меня спалили бы еще десять дней назад.
Вы спросите: почему так произошло?
— Потому что Талант нельзя увидеть, — сказал Лимо, когда накануне я задал ему тот же самый вопрос. — Являясь неотъемлемой частью магического дара, Талант в то же время существует достаточно обособленно. А его свойства таковы, что увидеть его способен лишь тот, кто им обладает. Если бы это было не так, для нас не составило бы труда понять, кто и какими Талантами обладает. Для танов не существовало бы проблем подбора пар и не стоял бы вопрос, кого принимать или же не принимать в род. Все было бы явно. Открыто. Все наши способности лежали бы на виду. Однако Талант для дара — как дополнительный лепесток у цветка. Если смотреть на него сверху, он искусно спрячется за многочисленными соседями. Если глянуть с боков, то он умело сольется с остальными. А вот если постараться и раздвинуть лепестки в стороны… если взять на себя труд разобраться в вопросе… не зря для поиска Талантов существует так много тестов. И далеко не просто так они не всегда дают желаемый результат.
— То есть даже если кто-то увидит проекцию моего дара, то не сможет понять, что я сделал его цельным?
Лимо тихо рассмеялся.
— Вторую проекцию необязательно кому-либо показывать. А без нее даже очень хороший целитель не поймет, что она есть.
Я тогда, если честно, усомнился в словах мертвого мага, но потом подумал и вспомнил — на самом деле в моей жизни было уже довольно много крутых, суперкрутых и запредельно крутых медицинских модулей, в том числе и диагностических, со всякими навороченными программами. Да и целители мне попадались сплошь экстра-класса. Но до сих пор ни один из них не смог определить у меня наличие Таланта.
Впрочем, ради справедливости стоило отметить, что его усиленно и не искали. А если вдруг надумают…
— Я расскажу тебе об основных принципах тестирования на выявление Таланта, — обнадежил меня Лимо на прощание. — И если тебе однажды придется проходить такие тесты, думаю, ты без труда пройдешь их, ничем себя не выдав.
Я, естественно, не захотел ждать и заставил мага рассказать все самое важное немедленно, поэтому сегодня, во время беседы с тэрнэ, чувствовал себя вполне уверенно. И совершенно точно знал, что ничего лишнего в моем даре никто из присутствующих не увидит.
Так, собственно, и вышло.
Господа маги довольно долго изучали зависшую над столом проекцию, старательно считая количество развитых у меня ветвей. Задумчиво шевелили губами, что-то вспоминали, напряженно думали, внимательно рассматривали крошечные отростки, которые при иных обстоятельствах появиться были не должны. Его величество даже порылся в бумагах и выудил оттуда результаты моих прошлых тестирований, чтобы убедиться, что прогресс действительно огромный. И вот когда стало ясно, что мой дар и впрямь теперь вот такой, внимание присутствующих вновь обратилось в мою сторону.