— Что, проникся? — усмехнулся учитель, когда у меня даже с приглушенными эмоциями вытянулось лицо.
— Еще как, — непроизвольно поежился я. — На месте его величества я бы меня на волю не выпустил. А то, может, велел вместе с медкапсулой доставить с острова прямиком во дворец, чтобы не рисковать.
— Поначалу так и хотели сделать, — спокойно подтвердил мою догадку мастер Майэ. — Но при каждой попытке перенести тебя в другой модуль и хотя бы на мгновение отключить от старого, твое состояние становилось критическим, так что пришлось оставить все как есть. По этой же причине в государственную тайну опосредованно оказались посвящены твой наставник, лучший целитель рода Хатхэ и сразу два твоих учителя.
«Эмма, твоя работа?» — поинтересовался я, прекрасно зная, что сами по себе такие совпадения не случаются.
«Конечно, — бодро отозвалась подруга. — За десять дней твоего пребывания в двух медицинских модулях было предпринято восемь попыток транспортировать тебя за пределы семейной клиники Хатхэ. Все их я пресекла в зародыше».
— Можно еще вопрос, учитель? — осторожно спросил я, искренне поблагодарив ее за заботу.
Тот насмешливо на меня покосился.
— Какой?
— Почему я еще жив? И почему мне вообще позволили уйти, если намного проще было от меня избавиться?
Мастер мастеров неожиданно усмехнулся, а потом выразительно покосился куда-то мне за спину.
— Ну что, нужны еще какие-то доказательства?
Я стремительно обернулся и аж вздрогнул, когда из темноты субреальности, словно признак, бесшумно, сумев не поколебать ни единой ниточки и ни единого слоя пространства, вышел его величество тэрнэ Ларинэ.
— Да, — задумчиво обронил он, глядя на меня, как на редкий экземпляр в своем гербарии. — Ты прав: юноша действительно смышленый.
— Я обязан ему жизнью, — так же спокойно напомнил его величеству мастер Майэ.
— Да, — так же задумчиво повторил тот и в который раз за этот день окинул меня изучающим взглядом. — Лэн Гурто, отвечая на ваш последний вопрос, могу сказать следующее: отпустили вас в том числе потому, что за вас очень настойчиво попросили.
Я быстро покосился на учителя.
— И он тоже, — подтвердил мое предположение тэрнэ. — Поэтому вы отделались лишь магической клятвой, тогда как некоторым приходилось идти на гораздо большие жертвы во славу первого рода. К тому же вы кажетесь мне очень благоразумным человеком. Ваши показатели по физическому и особенно по магическому развитию впечатляют. А я не привык разбрасываться ни людьми, ни талантами. Поэтому вы действительно свободны, и на вас не накладываются иные ограничения, нежели те, которые мы уже обговорили. Надеюсь, вы оправдаете оказанное вам доверие и не подведете ни меня, ни мастера Майэ.
— Премного благодарен, ваше величество, — пробормотал я, скрыв за уважительным поклоном охватившее меня беспокойство. — Разумеется, не подведу.
Эх. Прав был мастер Майэ: внимание сильных мира сего — тот еще геморрой. Тем более когда мне только что намекнули, что оставили жизнь и свободу авансом.
Мастер Даэ как-то поинтересовался, почему я не люблю быть кому-то должным. Так вот, ответ простой: когда что-то дают в долг, то его рано или поздно захотят вернуть. И в какой форме придется делать этот возврат — еще большой вопрос.
— Ладно, идем, — наморщил нос мастер Майэ, когда я разогнулся и обнаружил, что его величество так же тихо и незаметно свинтил. — Ты еще не восстановился. И тебе нельзя долго пребывать в субреальности.
— У меня вообще-то дар заблокирован, — машинально отозвался я, настороженно обшаривая вторым зрением округу. Так, на всякий случай. Вдруг нас еще кто-то подслушивает?
— Вообще-то уже нет, — усмехнулся учитель, кивнув на мою левую руку. — Блокиратор я тебе давно отключил.
Я озадаченно проследил за его взглядом и, увидев, что зеленый огонек на панели приборов действительно не горит, не менее озадаченно воззрился на учителя.
И правда, не работает. Хотя если бы работал, я бы в субреальность просто не вошел. Да и с заблокированным даром там делать нечего.
— Искусственная блокировка тебе больше не нужна, — с новой усмешкой просветил меня мастер мастеров, когда я вопросительно на него уставился. — Твой дар теперь будет сложно надолго вывести из состояния равновесия.
— Да? И чем мне это грозит? — снова насторожился я, но учитель лишь многообещающе улыбнулся.
— Тренировками. Так что готовься, ученик, скоро я возьмусь за тебя по-настоящему. И тогда ты проклянешь тот день, когда меня встретил.