— Нет, — он сжал ее ладонь в темноте. Он сказал низким голосом. — Я упрямый. Я выбрал тебя и не передумаю. Никогда.
Она знала, что он так скажет, но должна была попробовать. Она подняла их соединенные руки и поцеловала его пальцы, но больше ничего не говорила.
Через несколько сотен ярдов у большого каменного поместья Аллард подал сигнал остановиться.
— Дальше я хочу пройтись, — сказал он Тори. — Встретимся у дома.
— И я пойду. Мне нужно размять тело, — она замешкалась. — Или ты хочешь побыть один?
— Я всегда рад тебе рядом, — карета остановилась, и он выбрался, помог Тори спуститься. У них почти не было багажа, и он решил объединить их вещи в одной сумке, которая висела за его плечом.
Он заплатил за дилижанс, и карета развернулась и уехала, подпрыгивая. Он не пошел сразу, а посмотрел на дом, в котором родился. Свет луны подчеркивал его сильное лицо, и связь между ним и Тори казалась осязаемой.
— Земля процветает, — тихо сказал он. — Я ей не нужен. Следующий в очереди — кузен Джордж. Кемпертон его очарует.
Возможно, но Тори сомневалась, что неизвестный кузен будет связан так же сильно, как Аллард. Она спросила:
— А здесь нет укромного уголка, чтобы ты мог построить себе там дом?
— Каждый квадратный метр отдан герцогу, — он пожал плечами. — Вряд ли я был бы рад жить в уголке, зная, что Кемпертон принадлежит другому. Лучше уехать далеко и жить как простолюдин.
Она смотрела на каменные башенки и центральную башню дома Кемпертон. Его достраивали веками, но теплый серый камень объединял разные стили. В свете луны здание было загадочным.
— Земля тут почти как живая, да? — сказала Тори. — У нее есть глубокое сознание, не человеческое, но настоящее.
— Ты это чувствуешь? — удивился Аллард.
— Да. Зеркало тоже ощущается живым, но другим.
— Я знал, что ты поймешь, — прошептал он.
Аллард потянулся к ее руке, но Тори сказала:
— Давай я создам иллюзию, что это скромное платье дочери фермера достаточно элегантно для юной леди.
Он улыбнулся.
— Ты всегда выглядишь как леди.
— Хотя порой как потрепанная леди! — она сжала камень иллюзии и представила себя в наряде, подходящем для семейного ужина с герцогом. Чтобы немного отвлечь Алларда, она создала ужасно низкое декольте.
Глаза Алларда расширились.
— Лучше подними воротник, а то я отвлекусь и забуду, что хотел сказать!
Она провела пальцем выше по груди, представляя.
— Воротник стал скромнее?
Он сглотнул.
— Да, но смотреть на то, как ты меняешь облик, тоже отвлекает.
Улыбаясь, Тори подняла край платья до колен и представила, как ее полусапожки становятся туфлями на ровной подошве.
— Синтия чудесно зарядила камень иллюзии. Я могу вносить правки в ее задумку, — она взглянула на Алларда краем глаза и увидела, как он смотрит на ее голую ногу.
— Ты решила серьезно заняться иллюзией, — он вдруг рассмеялся. — Ты пытаешься отвлечь меня от грядущего разговора, да, моя маленькая ведьма? И очень успешно! — он протянул руку. — Пройдем к дому Кемпертон?
— Да, — она изобразила реверанс и обвила его руку. Дилижанс уже не было слышно, они остались одни в прохладной ночи.
Оба посерьезнели, пока шли к поместью. Это был не последний визит Алларда в Кемпертон, ведь он точно вернется, когда его родители умрут. Но он последний раз шел тут как наследник древнего титула и земли.
Хоть было холодно, капля магии очага согревала их. Они не спешили, ведь их не ждали. Аллард мог мешкать, сколько было нужно.
Они добрались до ступеней и поднялись на крыльцо. Аллард сжал тяжелую колотушку в виде головы льва. Она зловеще стукнула.
Лакей, открывший дверь, поразился при виде юного господина, но быстро взял себя в руки. Кланяясь, он сказал:
— Лорд Аллард. Леди Виктория, — он видел Тори, когда она приходила на Рождество. — Герцог и герцогиня ужинают.
Аллард отдал слуге свою сумку.
— В семейной столовой? — слуга кивнул, и Аллард продолжил. — Тогда мы присоединимся к ним там.
Тори взяла его за руку, и они пошли в глубины большого дома. Высокое древнее зеркало висело на стене в коридоре. Зеркало было старым и бесцветным, но все же Тори смогла увидеть их отражение.
Странно, но зеркало показало иллюзию Тори, а не ее простое платье. Ей нравилось синее платье, которое Синтия представила для нее. Она выглядела собранно и изящно, и Аллард был невероятно красив.
Лакей прошел вперед них и сообщил:
— Лорд Аллард и леди Виктория Мансфилд, — когда они добрались до зала.
Миг затянулся, герцог и герцогиня Вестовера подняли головы и увидели своего сына с девушкой-колдуньей, чье существование означало, что Алларда посчитают недостойным титула из-за магии. Герцог резко вдохнул, герцогиня издала тихий звук боли, прикрыв рот рукой.