Фитилек вспыхнул от огня другой свечи, и в сердце огня она увидела картинки. Солдаты плыли по Ла-Маншу, высаживались в Англии со злым оружием, стреляли, жгли и убивали. Она закричала и чуть не бросила подсвечник.
— Что такое? — миссис Рейнфорд с тревогой коснулась руки Ребекки.
Когда она сделала это, картинка стала четче. Ребекка сглотнула.
— Вы еще не учили меня ясновидению, но в огне можно увидеть картинки?
— О, да, — сказала миссис Рейнфорд. — Ты что-то увидела?
Ребекка кивнула.
— Я видела, как солдаты вторгаются в Англию. Плывут по Ла-Маншу и все разрушают. Сначала я подумала, что это немцы, но это не так, — она глубоко вдохнула, успокаиваясь. — Когда вы коснулись моей руки, видение стало четче. Это были французы. Армия Наполеона.
— Видение Алларда, — тихо сказала Полли. — Вторжение происходит сейчас?
— Еще нет, — Ребекка закрыла глаза и думала о том, что увидела и ощутила. Открыв их, она посмотрела на Ника. — Мы с тобой идем в 1804.
ГЛАВА 23
Лэкленд, 1804
Тори и Аллард держались за руки почти весь путь. Он редко говорил за два дня пути, но она знала, что он был рад ее обществу.
Они приближались к Лэкленду, когда Аллард сказал:
— Когда моя магия появилась, мой отец сказал, как сложно будет, если я буду лордом-магом. Меня бы игнорировали подданные, отказывали бы, оскорбляли в лицо и за спиной. В Йоркшире был маг-барон, и он убил себя, потому что не выдержал отношения к себе.
Тори поежилась.
— Я никогда не понимала, почему столько аристократов презирают людей с магией. Кроме силы, мы такие же, как они.
— В том и причина, — тихо сказал он. — Мы такие же, но можем то, чего они не могут. Никакие деньги и титул не создадут мага погоды. Когда у обычных людей есть сила, аристократ ощущает себя выше их из-за своего рода. Но у нас есть титулы и сила. И слабые духом презирают нас.
— Я об этом так не думала, — сказала Тори. — Но в этом есть смысл. Ирония в том, что есть аристократы с магией, скрывающие ее. Моя мама и сестра обладают силой, но скрывали ее лучше меня.
— У тебя слишком много магии, чтобы ее скрыть. Многие оказываются в Лэкленде из-за этого, — он улыбнулся. — Моя ситуация — лучший вариант из возможных. У меня будет доход, не будет голода, и не будет проблем из-за отношения подданных ко мне из-за магии.
Она криво улыбнулась.
— Как нам тебя звать? Все используют твой титул, но ты официально его лишишься и перестанешь быть маркизом Аллардом.
Он пожал плечами.
— Я не лишусь фамилии. Буду Фалкирком. Для всех, кроме тебя.
— Джастин, — прошептала она. — Мне нравится, что только мне можно звать тебя по имени.
Его глаза вдруг весело заблестели.
— Это хорошо, ведь обычно я такой серьезный и скучный. Мне говорили, что я родился стариком.
— Не скучный! — возразила Тори. — Загадочный. Таинственный. Мудрый не по годам, — она склонилась и задела губами его губы. — И ужасно привлекательный.
Он обвил рукой ее плечи.
— Я так рад, что ты меня таким видишь.
Они молчали, карета подъехала к вратам аббатства Лэкленд. Стена школы впускала, а не выпускала учеников, так что вернуться было просто. Особенно в дорогой карете с гербом герцога на дверях.
Врата открылись. Тори вжалась в сидение, чтобы ее не увидели. Страж ворот пропустил карету, не заглядывая внутрь.
Они миновали врата, и по Тори ударили удушающие чары подавления, которые покрывали земли аббатства. Аллард помог ей сесть и отметил:
— Тебе было бы проще войти в школу по одному из туннелей.
— Я еще не была на стороне мальчиков, мне хотелось бы ее увидеть, — объяснила она.
— Две школы — копии друг друга, — возразил он.
— Да, так говорят учителя, но я не знаю, можно ли им верить, — мрачно сказала она.
— Что ты скажешь директрисе, если она заметила, что тебя не было несколько дней? — спросил Аллард. — Когда я покажусь, я смогу нагло заявить, что меня вызвал отец, и никто даже не удивится тому, как я покинул школу. А что скажешь ты? Что болела и не выходила из комнаты?
— Я уже использовала этот вариант, вряд ли получится еще раз. Я скажу, что заблудилась в туннелях под школой, — она изобразила невинность. — Там не сложно потеряться, ты знаешь.
— Хотел бы я это видеть! — карета замедлялась, и он быстро сказал. — Нам нужно встретиться ночью в Лабиринте и обсудить, что делать дальше.
— Но мы остановили вторжение. Будет что-то еще?
— Больше и хуже, — мрачно сказал он. Аллард быстро и пылко поцеловал ее. — Пора тебе ускользать, если не хочешь, чтобы тебя заметили.