Александр скептически вставил, - Мы видим.
- Не перебивай, - вступился Денис.
- Так вот,… было решено обойти существующие проблемы, основываясь на ряде утверждений о том, что «Сознание, как и материя, — это система процессов», и что «Некоторые процессы могут являться ни психическими, ни материальными, а другие наоборот, могут быть и теми и другими». Поскольку сознание ритмично, зависит от физиологии мозга, обусловлено культурой, и на протяжении всей жизни своего носителя, зависит от притока сенсорной информации, то можно смело говорить о том, что по своей природе, оно не индивидуально. Исходя из подобных рассуждений, было решено, по типу «матрицы» создать небольшой виртуальный мир, локальную копию реального, и поместить в него оцифрованную голограмму субъекта – так называемый, «фантом» носителя. Параллельно с этими работами, разрабатывался «протокол передачи сознания» и средства доставки, то есть, коммуникационные системы соединяющие миры, - виртуальный и реальный. Так прошло около года, и наконец, встал вопрос экспериментального подтверждения наших наработок и научных гипотез. На общем собрании, я добровольно вызвалась, выступить в качестве испытуемого.
Александр не выдержал, - То есть, стать лабораторной мышью.
Девушка скривилась, - Звучит очень обидно.
- Извини, сказал не подумавши.
Испытывая какое-то внутреннее волнение, Денис поднялся со скамьи, - Если не секрет, объясни нам, что тебя на это подвигло?
Девушка усмехнулась, - Во-первых, какого либо риска, не предвиделось. Во-вторых, я ощущала себя,… первопроходцем, открывающим дорогу к бессмертию. Ну, и в третьих, мне хотелось оставить след в истории науки, тем более, что в разработку были приняты несколько моих предложений и идей.
Александр сел, опустив ноги, и дернув друга за рукав, усадил его рядом с собой.
- И что же было дальше?
- Дальше,… с помощью спецоборудования, с меня сняли «глубокую», голографическую копию. Как вы понимаете, она кардинально отличается от простой голограммы, записанной обычным способом, позволяющим воспроизвести более-менее точную копию волны, рассеянной поверхностью объекта, вследствие чего и получается трехмерное изображение. Принцип вроде бы тот же, только все гораздо сложней, а на выходе, у нас получилась голографическая копия всего моего организма, иными словами, - «фантом». Меня кратковременно облучали жестким, когерентным излучением, определенной частоты. Частоту и мощность потока, подбирали на лабораторных мышах, и к сожалению, извели их не мало. Так вот, под действием этого излучения, каждая нить ДНК, каждая клеточка организма, начинает вибрировать и «светиться», отторгая свою точную, энергетическую копию, - фантом. Это явление, тут же исчезает, как только иссякает, «шоковый» поток излучения. Нами был найден оригинальный способ продления «жизни» фантома и сохранения его копии в электронном виде. Так, после нескольких попыток, получился цифровой клон моего организма. Его и поместили, в матричный, виртуальный мир. К слову сказать, если бы не имеющийся в нашем распоряжении, квантовый супер компьютер, ничего подобного, совершить было бы не возможно.
- Как все происходило? Что ты чувствовала?
- На самом деле, ничего особенного. Только, перед началом эксперимента, присутствовал некий тремор. Но, это дело понятное, вроде бы так и должно быть. Затем он сменился чувством новизны и легкого беспокойства перед,… перед неизведанным. Ну, а потом,… потом меня подключили к системе, провели синхронизацию и,… я просто уснула. А проснулась,… запертой в ограниченном, виртуальном мире. Поначалу все было интересно и так воодушевленно радостно,… получилось же. Потом,… потом все свелось к «тюремному заточению» в рукотворном аду.
Денис смотрел на Ольгу широко раскрытыми глазами, - Почему так? Что-то пошло не по плану?
- Во-первых, постоянное ощущение, что ты «не в своей тарелке». Вроде бы, все вокруг настоящее, вплоть до мелочей, но ты же знаешь, что это не так. Со временем, начали одолевать странные, какие-то липкие и противно вязкие чувства. Буквально во всем, ощущалась фальшь и ограниченность мира. Правда, со временем, к этому привыкаешь, и чувствительность к фальши, притупляется. Более двух суток, со мной никто не выходил на связь. Практически, я была на грани паники. Казалось, что обо мне все забыли. И вот, наконец-то состоялся первый сеанс связи с внешним миром, на котором меня старались успокоить, поддержать, заверить, что все хорошо, и в итоге, уговорили продолжить эксперимент, оставаясь жить в виртуальном мире. В высокопарных речах коллег, и теплых словах друзей, чувствовалась растерянность, и я долго не могла понять, почему. Так или иначе, но эксперимент продолжался, и каждый день меня подвергали все более новым, все более сложным испытаниям. Каждый день, я была обязана писать подробные отчеты, предоставлять автобиагрофеские данные, проходить сложные тесты,… так я превращалась в необычную, и неофициальную, лабораторную мышь.
- Да-а, уж. А почему, неофициальную?
- Тайно, а может и не тайно, точно уже сказать нельзя, но я общалась со своим сверстником, специалистом по компьютерным технологиям. Вадим всегда меня поддерживал, и тепло ко мне относился. Не знаю, санкционированно это было или нет но, он слил мне коды доступа и номера портов, к массивам хранения баз данных. Так я узнала, что во время проведения эксперимента, на какой-то из его стадий, произошел внезапный выброс энергии и жесткого, ионизирующего излучения, характерные для Зоны отчуждения. В результате чего, какая-то часть оборудования вышла из строя. Связь сознания с его телом, была грубо прервана, и тело безвозвратно погибло. Я видела запись кремации и своих похорон. Официально, меня не существует.
Александр слушал рассказ Ольги, неосознанно закусив нижнюю губу, и вернулся в реальность, как только почувствовал боль и соленый привкус.
- Жесть. Но, что же все-таки случилось со всеми обитателями лаборатории? Куда они все пропали? А потом вдруг появились.
- Я точно не знаю, однако, могу сопоставлять факты, найденные мной в электронных отчетах научных руководителей, и делать соответствующие выводы. Если исходить из того, что я знаю, то в соседней лаборатории, а именно там, где вы хотели украсть прототип нового вооружения, вышел из строя один из генераторов, способный генерировать широкий диапазон частот для научных исследований. Он-то и спровоцировал всплеск пси излучения, от которого часть штатных сотрудников, испытывая животный ужас, покинули свои рабочие места, в панике разбежавшись, кто куда.
- С этим понятно. А как объяснить исчезновение остальных.
- Не знаю. В этом комплексе, состоящем из трех лабораторий, проходит много всяческих исследований и экспериментов, в том числе и с аномальным материалом из Зоны отчуждения. Единственное, что мы не можем подвергать сомнению, так это тот факт, что с разрушением рабочего тела супер компьютера, ранее исчезнувшие люди, неожиданно вернулись.
Денис хмурился, с усилием потирая свой лоб пальцами правой руки.
- Подождите-ка,… дайте сообразить,… раз уж супер мозг компьютера сломался, а по сути, умер,… то, как же тебе удалось выжить? Ведь согласно твоего же рассказа, ты жила внутри этого самого,… компьютера.
Ольга с минуту молчала, переводя взгляд с одного собеседника на другого, затем присела на лавку, напротив ребят.
- Вы, пожалуйста, не обижайтесь, но, все объяснить,… я пожалуй не смогу. Во-первых, у меня не хватит словарного запаса, да и сама я, многого не знаю. А во-вторых, у вас, простите, нет соответствующего понятийного аппарата, да и не развили вы еще в своей голове «механизмов», способных адекватно воспринимать многомерность существующей реальности.