- Сюда.
Денис кивнул, и направил луч фонарика в зияющую черноту.
Как и его друг, он уже совершенно не думал о подстерегающих их всевозможных опасностях и о том, что с ними может произойти если вдруг он застрянет в расщелине. Денис просто выполнял определенную работу по достижению заданной цели. И лишь чуть задержавшись у входа, он с минуту решал, как ему из неудобного положения, будет удобней всего проникнуть в трубу.
Тем временем, Александру пришлось бросить сверток одежды, кроме всего прочего, превратившейся в размокший и разбухший ворох тряпок стесняющих его передвижение под водой. Просто, пловцу не хватило пространства меж бетонных плит, чтобы изловчится и отцепить одежду зацепившуюся за острые прутья арматуры.
После нескольких маневров среди бетонных плит, Денис наконец проник в трубу без особых усилий, а вот Александру, поскольку он был шире в плечах и выше ростом, пришлось серьезно помучиться. Он реально боялся застрять, и от сильного волнения, становился еще больше.
Удерживая в руках дыхательный мешок, Саша пропустил его перед собой и упираясь ногами в бетонную плиту, протиснулся в треугольную дыру, сильно оцарапав спину и бедра. Ольга постоянно подсказывала ему, как и в какую сторону нужно вывернуться, чтобы не застрять в извилисто-узком бетонном мешке. Практически в полной темноте, на ощупь, вслед за товарищем, ему таки удалось проникнуть в жерло сильно деформированной металлической трубы, внутреннее пространство которой обильно заросло скользкими и противными на ощупь водорослями.
Через какое-то расстояние, деформированная труба изогнулась, и под углом пошла вверх. Мешки с воздухом, выталкиваемые на поверхность плотностью воды, тянули за собой своих обладателей и те быстро продвигались к выходу.
Неожиданно, кислородный мешок Дениса схлопнулся, изрыгнув крупные пузыри воздуха. Денис резко становился, расклинившись в жерле трубы.
- Без паники! – Твердый голос Ольги звучал в ушах как приказ. – До выхода осталась пять метров, можно потерпеть. Давай-давай, не задерживайся, но и не мельтеши! Сашу я уже предупредила, он будет осторожней.
Денис почувствовал, как в ступни его ног уперся прорезиненный, дыхательный мешок товарища. Это придало ему сил не запаниковать, а продолжить движение, однако, выполнение последнего, оказалось гораздо труднее, чем это было раньше.
Уже не было сил сдерживать дыхание, когда рука коснулась края трубы. Александр практически вытолкнул из нее Дениса и выплыл под потолок полуразрушенной, просторной комнаты.
- Дай ему подышать!
Саша набрал полные легкие воздуха, и пережав шланг, протянул его товарищу.
У Дениса уже потемнело в глазах, и он не сразу отреагировал, но потом вцепился в загубник так, что чуть было, не откусил товарищу палец.
- Не останавливайтесь! Давайте за мной, живей-живей!
Александр практически вырвал из рук товарища фонарик, затем быстро осмотрелся, и поплыл за Ольгой, толкая перед собой, уже отдышавшегося друга.
Они покинули комнату, проплыли узкий коридор, и к этому времени у Александра закончился в легких воздух.
- Сделай глубокий вдох, и дай Саньку подышать. Давай, аккуратненько, и ничего не бойся, мы уже почти выбрались.
На этот раз, при передаче шланга, они потеряли много воздуха. Александру удалось сделать всего пару глубоких вдохов, и он был вынужден бросить, уже бесполезный мешок с гофрированной трубкой.
- Мальчишки, соберитесь! Осталось совсем чуть-чуть!
Узкий коридор вывел в просторную комнату с куполообразным потолком, где в одном из дверных проемов, сквозь толщу воды, уже виднелись проблески дневного света.
- Ребята, вот он, выход!
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
СЛУЧАЙНАЯ ВСТРЕЧА
Забравшись вглубь пышного кустарника бузины черной, пытаясь хоть как-то согреться и сберечь тепло, друзья прижались друг к другу, не в силах более шевелиться.
Какое-то время Ольга наблюдала за ними, потом тихо растаяла, оставив одних.
Усталость и истощение делали свое дело. Обессиленные путники вскоре погрузились в тревожное забытье, которое едва ли можно было назвать сном.
Так и осталось невыясненным, сколько времени странники находились в таком состоянии, однако, как только они мало-мальски согрелись, их тревожная дрема плавно перетекла в крепкий, беспамятный сон, мерно протекающий под тихо шелестящими листьями бузины. И лишь за минуту до пробуждения он приобрел слабые черты бессмысленных видений, обусловленных случайными, но яркими ассоциациями.
Самое оригинальное было в том, что в глубинах своих сновидений им виделся один и тот же образ, плавно перетекающий из одного в другое, с множеством невероятных и разнообразных комбинаций.
За секунду до пробуждения, перед ними предстала неожиданно темная сцена, с очень скудными и какими-то сжатыми в пространстве декорациями. Светлые ее части, странным образом слились в два блекло светящихся пятна, создававших в непроглядной темноте одинокий островок тусклого свечения, среди корявых структур могучих раскидистых ветвей, целиком невидимых, и оттого казавшихся сказочно загадочными и страшными.
Послышался невнятный шепот, утонувший в легком шелесте листвы, тягучих скрипах мерно пошатывающихся деревьев, скрытых глубоко во мгле и легком, ненавязчивом шуме журчавшего неподалеку ручья. В следующее мгновение, в одном прыжке, сцена неожиданно резко приблизилась к ним, будто неведомый оператор неумело и нервно дернул за рычаг фотообъектива, увеличив зум. В ту же секунду, сторонние наблюдатели врезались взглядом в две темные фигуры, осторожно пробирающиеся сквозь заросли мелкого сухостоя.
Кто-то положил горячую руку на плечо и четко, в самое ухо произнес, - Просыпайтесь.
Глубоко вздрогнув, Александр быстро открыл глаза, впившись взглядом в пространство перед собой, однако, ничего не изменилось. Все та же непроглядная темень, что и во сне, обступала его со всех сторон. Как-то неожиданно быстро, будто вынырнув из-за угла, пришло ощущение сырости и ночной прохлады. Он невольно поежился, зашелестев листвой кустарника и окончательно проснувшись, легонько потянул носом воздух, вычленив из него отдельные и довольно сильные запахи прелой прошлогодней листвы, папоротника, грибов и почему-то старых, вонючих тряпок. Саша невольно поморщился, ощутив во рту металлический привкус, и зло сплюнул сквозь зубы.
Опершись на локоть, Денис приподнялся, оторвав голову от груды прошлогодних листьев и что-то недовольно забурчал.
Где-то в глубине души невольно шевельнулся страх. Александр положил ладонь на лицо товарища, и быстро нащупав подбородок, зажал ему рот.
В груди гулко забилось сердце и неприятно застучало в висках. Он постарался взять себя в руки и убедить, что ничего страшного не происходит, что всего на всего, разыгралась его буйная фантазия, рисующая страшных, кровожадных монстров, снующих где-то совсем рядом в дремучей, непроглядной темноте.
Чувства обострились настолько, что Александр различил гулкую пульсацию сердца своего друга. Он убрал от его лица руку, и тихонечко наклонившись к Денису, в самое ухо прошептал, - Кажется, мы здесь не одни.
Легонько задрожав от ночной прохлады, Денис прислушался к окружающему их звуковому фону. Совсем близко, приятно журчала вода, на ее поверхности, изредка хлюпала заигравшаяся рыба. Заунывно, протяжно, будто обнажая нервы, поскрипывал в ночной тиши, давнишний сухостой.
Неожиданно, над самой головой захлопали крылья летучей мыши, уверенно и быстро рассекавшей ночную мглу. Где-то совсем рядом, с громким смачным хрустом и раскатистым треском рухнул мощный ствол давно уже погибшего дерева. И уж совсем откуда-то издалека, пришел приглушенный расстоянием, дикий рев невиданного, но жутко рассерженного монстра, сопровождаемый встревоженным, дружным лаем диких чернобыльских псов.