— Если не считать первой минуты.
— Я решил, что дело тут скорее во мне, чем в тебе. Все люди разные. Чтобы достичь правильной геометрии, всегда регулировка нужна.
— По-моему, регулировка была просто отличная. — Яна окончательно расслабилась в его объятиях. Спальный мешок обеспечивал теплую близость. На груди у Пола оказалось больше волос, чем Яна ожидала, и ей понравилось, как они нежно щекочут ей груди. Он также пах как-то по-другому, и этот отчетливо сексуальный аромат стал для нее нежданным удовольствием. Молча всем этим наслаждаясь, Яна закрыла глаза. Пожалуй, она и сама была не прочь немного поспать, поскольку голос Пола, когда он наконец заговорил, определенно доносился откуда-то издалека.
— Не хочу портить тебе настроение, потому что все это по-настоящему приятно. Но я думаю, что нам с тобой нужно еще кое о чем поговорить. И прозвучать это может довольно нелепо.
— Ты сказал — спрашивай обо всем, — лениво отозвалась Яна. — Я могу то же самое повторить.
— Это насчет Себастьяна.
Настала очередь Яны вздрогнуть и оцепенеть.
— Что насчет Себастьяна?
— Я знаю, что ты всю свою жизнь за ним приглядывала и что ты очень о нем заботишься.
— Как о брате. Между нами никогда не было ни намека на какие-то половые отношения.
— С тех пор, как я вас впервые вместе увидел, я даже об этом не думал. Вы совсем иначе друг на друга смотрите. И я так понимаю, что теперь с ним больше будет общаться доктор Блум. Но поскольку ты так долго была с ним рядом, ты должна об этом знать.
— Себастьян что-то натворил?
— Ничего он не натворил. Он почти все время молча бродит по кораблю и всякую всячину разглядывает.
— От этого никому вреда нет.
— Я тоже так думаю. Но некоторым людям стало от этого неловко, и они соответственно реагируют. Ходит слух, что он Иона. Знаешь, что для космических кораблей значит Иона?
— Могу догадаться. Наверное, то же самое, что и для кораблей в земных морях. Человек, который приносит несчастье.
— Именно так все и говорят. Себастьян Берч принесет несчастье «Ахиллесу».
— Никогда большей чепухи не слышала. Себастьян не может никому и ничему повредить.
— Я верю тебе, Яна. Но я хочу, чтобы ты знала о тех сумасбродных слухах, что ходят среди пассажиров и некоторых членов команды. И пусть неприятный сюрприз не застанет тебя врасплох. Конечно, это всего-навсего глупое суеверие, но люди говорят, что с Себастьяном Берчем на борту этот корабль никогда не доберется до Ганимеда. Где-то по пути — никто не знает, где и когда — присутствие Себастьяна приведет «Ахиллес» к катастрофе.
16.
«Модель» — новое волнующее озарение, требующее срочной проверки.
«Встреча с Проспером и Леной Лигон» — высший порядок срочности; они настаивают, что эту встречу ни на день нельзя отложить.
«Кейт Лонакер» — Кейт холодна как Харон, не откликается ни на какие попытки примирения, отказывается разговаривать.
«Транспортное уведомление» — путешествие в систему Сатурна, лишенное всякого объяснения.
Алекс просто с ума сходил. Никогда еще он не чувствовал себя под таким давлением, причем сразу со всех сторон. Невесть каким образом ему предстояло совместить логику и набор приоритетов.
Итак, прежде всего — Проспер и матушка. Алекс сочинил самое короткое сообщение, какое только смог себе вообразить: «Встречаемся в четыре в штабе Лигонов. Уведомьте, если неприемлемо».
Теперь самое тяжелое. Алекс позвонил Кейт.
Она тут же ответила — как будто специально сидела и ждала у коммуникационного терминала.
— Да?
— Я собираюсь еще раз прогнать модель. У меня есть новая идея, и чтобы ее проверить, я отправляюсь на Центральную станцию обработки данных. Я бы очень высоко оценил твое содействие и советы.
— Очень хорошо. Встретимся на станции.
По-прежнему холодная, по-прежнему отчужденная. Да что же с ней в самом деле такое? Стало бы для него большим делом, если бы Кейт пошла и потрахалась с кем-то, кого бы она даже не запомнила?
Алекс решил, что стало бы. Он был бы страшно расстроен. А значит, он задолжал Кейт серьезное извинение — если только она позволит ему это извинение высказать.
Алекс поспешил к Центральной станции обработки данных, где им с Кейт, благодаря любезности Магрит Кнудсен, предстояло насладиться доступом к высшему компьютерному приоритету и лучшим дисплеям. Невесть как Кейт умудрилась поспеть туда раньше него.
— Кейт, я только хотел сказать...
— Я буду готова к работе, как только ты будешь готов. Ты сказал, что у тебя есть новая идея. В чем она заключается?
Вот тебе и все извинения. «Адский котел не так горяч, как оскорбленная женщина». На самом деле Алекс вовсе не хотел ее оскорбить, но такая логика могла далеко его завести. Ладно, за работу.
— Я снова и снова просматривал результаты. И по-прежнему убежден в том, что модель в основе своей верна.
— То есть, ты хочешь сказать, что через сотню лет нигде никаких людей не останется. Просто замечательно. Это очень обнадеживает.
— Нет, этому результату я не верю. Я думаю, что проблема лежит в Неводе.
— Две недели тому назад ты говорил мне, что Невод решит все наши проблемы.
— Все наши проблемы, связанные с компьютерной обработкой. Теперь мы располагаем вполне достаточным объемом компьютерных возможностей, но Невод — это нечто гораздо большее, нежели просто компьютерная мощь.
— И что же он такое?
— Он скорее представляет собой громадное число баз данных, впервые ставших интерактивными. Мы соблюдали осторожность, не вводя в модель того, что мы считали неподходящими экзогенными переменными, но Невод этого ограничения не имеет. Все, что специфические не запрещено, открыто для рассмотрения. Проблема здесь в том, что Невод невероятно сложен. Сложен настолько, что мы не знаем, что он включает, а что исключает. Мне думается, нам нужно проделать нечто радикально иное. Мы должны ввести наши собственные экзогенные переменные — те вещи, которые мы считаем возможными логическими компонентами будущего. Мы должны посмотреть, как это повлияет на выдаваемые компьютером результаты.