— Спасибо, что поверил мне тогда, — сказала она. — И за то, что веришь снова.
Он кивнул.
— Конечно. Я знаю, это действительно ты.
Они приподняла брови.
— Значит, ты не собираешься меня проверять? Задавать вопросы, на которые только я могу знать ответы? То есть, меня это тоже изумляет — я оказалась в этот раз здесь полностью, а не только духом.
— Мне не нужно проверять тебя. Я могу посмотреть в твои глаза и знаю, что это ты. — он улыбнулся ей. — Я сильно по тебе скучал.
Она придвинулась к нему еще ближе.
— Я тоже.
Все, что он видел перед собой — это ее прекрасные глаза, мягкие губы, вокруг них словно ничего другого не существовало…
Эл чихнул. Бэкка отпустила руку Мэддокса.
Простите! — воскликнула голова. — Я думаю, здесь немного пыльно.
«Глупая голова!» Мэддокс не был полностью уверен, что Бэкка ответила бы на его поцелуй, но ему нравилось думать, что это возможно.
Будь здоров! — сказала Бэкка.
Эл взглянул на нее с любопытством.
— Моя Богиня, дитя! Будь я здоров? После такого мимолетного чихания? Как странно ты говоришь!
Мэддокс поднял края мешка и осторожно положил Эла на землю.
— Бэкка, может, расскажешь мне еще про свои видения, если ты не против? — предложил Мэддокс. — Подобно увиденному на дворцовой площади, если сможешь вспомнить.
Она согласно кивнула, затем остановилась. Внезапно ее глаза радостно сверкнули.
— Я вспомнила!! Я помню еще одно! Может все так, как ты говорил: чем дольше я здесь, тем больше я вспомню. Ладно, площадь возле дворца Валории стала моим вторым видением. Первое пришло ко мне во сне. Ты был в какой — то таверне с Барнабасом. С вами не было ни Лианы, ни Эла, но была другая женщина. Я уверена, что это твоя мама… — при этих словах блеск в глазах угас. Она нервно взглянула на него. — О Мэддокс, мне так жаль.
У него перехватило дыхание.
— Ты …видела это? Как умерла моя мать?
Бэкка кивнула, на глазах блеснули слезы. Он мрачно кивнул.
— Я очень любил ее. И сейчас люблю. Она только узнала, что я выяснил всю правду о Барнабасе…о Еве..
— Подожди… — попросила она, нахмурясь. — Ева…я что-то знаю о Еве. Мне кажется, я…О Боже, прости. Поверить не могу, что прерываю, когда ты говоришь о матери.
— Все в порядке. Тебе нужно вспомнить. Это в прошлом, и я делаю все, что в моих силах. — Мэддокс замолчал, позволяя ярости вспыхнуть в его глазах. — Но я хотел убить его — Горана, человека, который совершил это убийство. И до сих пор хочу.
Она тряхнула головой.
— Ты не убийца.
— Возможно так было в последний раз, когда ты видела меня.
— Нет. — Бэкка с нежностью коснулась его лица, и он замер, едва дыша. — Ты тот же, что и прежде. Возможно, немного печальнее, немного взрослее. Я слышала, горе делает человека таким. Но твое сердце доброе, и ничто и никто этого не изменит. — она замешкалась. — Кроме того, я уверена, Барнабас будет счастлив убить эту мерзость для тебя.
— В этом ты права.
— Тогда хорошо. Лучше он, чем ты.
Он почти улыбнулся.
— Так что ты вспомнила о Еве?
Бэкка вздохнула.
— Если бы я знала. У меня словно вспыхнуло воспоминание, но память еще не вернулась ко мне, за исключением видения возле дворца.
— Оно единственное, которое ты помнишь?
Она нахмурилась.
— Мне кажется, есть еще одно…или два даже. Что же это? О! Я помню, что видела, как ты стирал одежду у реки. И..это звучит безумно, но кажется… — она нахмурилась еще сильнее, — я думаю, я была… ястребом.
— Ястреб. — удивленно повторил он. — Да! Помню! Я видел ястреба в тот день. Конечно же, птица была очень красивой, с яркими голубыми глазами. У меня было странное ощущение, что это ты и я думал, что схожу с ума!
Она вздохнула.
— Боже мой! И я помню! Лиана тоже была там. Она следовала за тобой, и у нее был нож! Мэддокс, она опасна! — девушка встревожено вскочила на ноги, озираясь по сторонам в поисках Лианы, возвращавшейся в лес.
Мэддокс тоже поднялся и взял ее за руку.
— Все хорошо, хорошо. Я знаю об этом. Она все объяснила. Теперь все в порядке.
Девушка расслабилась и села рядом с ним.
— Ох, тогда все нормально. — она замолчала и вид у нее был уставший. — Думаю, пока это все, что я могу вспомнить.
— Уже достаточно. — Мэддокс хотел рассказать ей, что видел ее во сне вчера ночью, но кошмар был настолько волнительным, что он не хотел снова его вспоминать и делиться с Бэккой. К счастью, это был всего лишь кошмар, а не видение.
Поблизости раздался звук чьих — то шагов: они встали и повернулись в ту сторону. Мэддокс улыбнулся, увидев, что к ним направляется Барнабас с двумя лошадьми и деревянной повозкой.