— Мам, вернись мысленно назад. — посоветовала Крис. — Когда мы были в галерее, кто тебе звонил?
Джулия взглянула на дочь полными слез глазами.
— Я… я не помню.
— Ей позвонили. — пояснила Крис, поворачиваясь к тете. — Она ответила и отошла поговорить. Оставила меня одну, в этот момент меня подстерег Фаррелл Грейсон. У нас был весьма неприятный разговор, но он ничего не пытался предпринять. Он не сказал ничего по существу, или что могло бы помочь, но у меня сложилось впечатление, что Маркус выжидает время, чтобы потом напасть в подходящий момент.
Джеки тихо выругалась.
— Джулс, покажи мне свой телефон.
Джулия покопалась в сумке и достала его. Джеки взяла и просмотрела список вызовов.
— Ты отвечала на несколько звонков за последние пару дней от неизвестного номера. Ты помнишь, кто это был?
Джулия покачала головой, лицо стало бледным и мрачным.
— Если я не помню…если я пыталась убить свою семью, чтобы отнести книгу Маркусу…О, мой Бог! Джеки, мои метки. Я никогда не думала, что их влияние так велико, даже когда получила их впервые, но он…он должно быть имеет еще какую — то власть надо мной.
— Сукин сын! — пробормотала Джеки. — Не беспокойся, сестра, я выясню, в чем дело. Возможно, все не так, поэтому не удручайся понапрасну.
Джулия кивала не в такт.
— А пока ты выяснишь, что произойдет? Никто не в безопасности со мной рядом.
— Сегодня приезжает Ангус. Он — эксперт в области магии, помнишь? Он поможет.
— Эксперт по воровству магии, ты имеешь в виду.
— Честно? Меня это совершенно не волнует. На планете нет никого, кто лучше помог бы справиться с подобной проблемой. Он умный. Такой же умный, как и ты, Юрайя. — Джеки взглянула на профессора. — Твоя специализация — древние языки. Его — магия. Настоящая магия. И возможно скорее его профессия вора, чем время, проведенное в университете, дала возможность узнать столько информации, и сей факт не делает его знания менее ценными. Если на тебе действительно работает заклинание кинжала, тогда Юрайя и Ангус сложат свои знания вместе и узнают в Кодексе, что поможет тебе избавиться от этой напасти. И если это действительно так, и мы поможем тебе, сестренка, значит, мы получили необходимую информацию и сможем каждому в Хокспиэ помочь избавиться от злобного мерзавца Маркуса Кинга раз и навсегда.
Бэкка, застыв на месте, наблюдала за всем происходящим, впервые ощущая ответственность за каждое мгновение последовавшее за прикосновением к книге. Но нет же. Глубоко в душе девушка чувствовала, что все произошедшее могло случиться и без ее участия.
Бэкка знала наверняка одно — Маркус Кинг никогда не коснется своими руками этой книги.
Глава 8
Фаррелл
Очередная ночь и вновь очередной бар. Повторение, однообразие, скука. День, вечер или вернее ночь сурка. Легкое чувство душевного дискомфорта заставило Фаррелла задаться вопросом о явном недостатке мотивации на этой неделе. Для него все казалось нереальным.
Он сидел в одиночестве в пустом баре и поднял стакан водки со льдом.
— За бледных блондинок с ледяными глазами и жалким, осуждающим сердитым видом, особенно за тех, которые ненавидят меня. — сказал он. — Ага, выпью за это.
— «Ты выпьешь в любом случае». — произнес голос Коннора внутри.
— Истинно. — Фаррелл опустошил стакан одним большим глотком.
— «Тебе нужно перестать сходить с ума по ней».
— Схожу с ума? Я? Смешно. — официантка, проходившая мимо, бросила на него недоуменный взгляд и Фаррелл махнул ей рукой. — Не беспокойтесь обо мне. Просто болтаю со своим умершим братом, и все.
— А…ладно. — ответила она, затем неохотно приостановилась. — Вам еще налить?
— Определенно. — он поставил пустой стакан ей на поднос. — Принесешь еще потом.
— Тяжелая ночка… в разговорах с призраком?
— Не призраком. — всем телом Фаррелл оперся о руку и осмотрел официантку с ног до головы. Он никогда прежде не был в этом баре, похожем на все остальные в городе, и сейчас даже не мог вспомнить его названия. Официантка на вид была старше его, крупнее, выглядела напряженно и достаточно недоброжелательно, чтобы дать отпор всякому пожелавшему придраться к ней. — Он — мое сознание. — продолжил Фаррелл. — Мой компас, хоть и воображаемый, который подсказывает мне что делать, а что нет. И с того момента, как я кажется лишен фокуса, это помогает.