Их разговор прервал звук шагов откуда из — за сцены и Бэкка последовала взглядом за Дэмином, определяя источник шагов. Через занавески к ним привели Маркуса в окружении людей Дэмина. Увидев Бэкку, Дэмина и ее сопровождающего, Маркус застонал.
— Почему они все еще в масках?
Эскорт подвел его к стулу между Дэмином и Бэккой, лицом к пустым красным сидениям.
— Как ты думаешь, почему? — спросил Дэмин, когда Маркус сел.
— О, пожалуйста, Дэмин. — насмешливо произнес Маркус. — Как будто я не знаю, что ты натворил! Они в масках потому, что ты не хочешь, чтобы я видел их лица. Лица, которые я узнаю, потому что они являются членами Хокспиэ и стали рабами, выполняющими твои приказы.
Дэмин слабо усмехнулся в ответ.
— Ты хорошо отдохнул в своей темнице?
Маркус бросил быстрый взгляд на Бэкку. Ее еда оставалась нетронутой и она даже не намеревалась прикасаться к чему — либо.
— Полагаю, мы здесь потому, что ты намереваешься судить меня за мои преступления. — сказал Маркус, игнорируя язвительные замечания Дэмина.
— Интересная мысль. Ты веришь, что ты заплатил за преступления против меня?
— Я не сделал ничего, чего бы ты не заслужил.
— Ты прав, Маркус. Я заслужил свое наказание. А все эти ужасные дела? Я уже начинал молить об этом. — Дэмин замолчал и перевел свой немыслимый взгляд на Бэкку. — Удивляюсь, что бы ты думала обо мне, Бэкка, если бы знала правду.
— Я не думаю ничего. — отрезала Бэкка ровно, как только могла. — Я тебя даже не знаю.
— Ты видела, на что я способен.
Не имеет значения насколько равнодушной хотела Бэкка казаться, но воспоминания о людях, лежавших на полу бальной залы все еще преследовали ее. Это видение не покидало девушку, и причин этому было больше, чем у любого другого человека на этой земле. Это видение…то, как Дэмин воспользовался магией смерти…напомнило ей о том, на что был способен Мэддокс. Но она пыталась отогнать плохие мысли прочь.
Мэддокс никогда не использует свою силу, как Дэмин, так равнодушно, так жестоко. Как будто жизнь имела не большую ценность, чем старая использованная салфетка.
Дэмин продолжил, не дожидаясь ответа Бэкки.
— Бэкка, ты же хочешь стать писателем?
Она удивленно моргнула, смена темы выбила почву из — под ее ног.
— Откуда вы знаете?
— Это не имеет значения. Но я знаю, и думаю, это замечательное занятие для девушки. Возможно, однажды ты напишешь историю про меня.
— Оставь девушку в покое. — прорычал Маркус. — Ты пугаешь ее.
Дэмин повернулся к Маркусу.
— Пугаю ее? Я? Как? Предлагая использовать ее талант, чтобы рассказать правдивую историю кое — кого, с кем несправедливо обращались как со злодеем всю жизнь, кого ненавидели все вокруг? Ведь у этого кое-кого тоже может быть своя точка зрения, разве она не заслуживает, чтобы ее выслушали?
— Воспоминания прошлого искажены. — ответил Маркус. — И правду вряд ли в них найдешь.
Боковым зрением Бэкка видела, как чернильная тень выскользнула со своего укрытия на другой конец сцены и двинулась к ней. Маркус нахмурился, увидев ее. Она затаила дыхание, когда поняла, что он тоже видит тень. Тень придвинулась вплотную к ее лодыжке. Девушка попыталась не отпрянуть, не закричать, когда она обвила ее ступню, скользнула выше по ноге и….
Под ярким синим небом сверкал, переливаясь всеми цветами, хрустальный город. Зрелище, открывшееся перед нею было завораживающе красивым, оно манило, завлекало, не хотелось отрывать взгляд, а просто поглубже вздохнуть полной грудью и наслаждаться полной гаммой цвета, красок во всем его великолепии. Это было место, наполненное какими-то возвышенными чувствами и нетерпеливым ожиданием прекрасного, неземного блаженства. Дюжины ястребов с золотистым оперением кружили над городом, крича, словно в панике. Как будто их голоса сливались в едином предупреждении.
Бэкка повернулась, приготовившись к безграничному простору, который откроется перед ней. За зелеными полями и холмистыми долинами начинала дрожать земля, проваливаясь в бездну.
— Прекрати! — приказала прекрасная молодая женщина с длинными темными волосами в золотистых одеждах, ее голос дрожал. — Пожалуйста, ты должен остановиться!
— Почему я должен что-то делать?
Бэкка вздохнула удивленно. Этот ответ она услышала от Дэмина, только он выглядел…иначе. Его лицо было не белым, а загоревшим. Кожа мерцала, будто он был весь покрыт золотистой россыпью. Его черные волосы блестели на солнце, глаза были не двумя бездонными черными дырами, а карими и чистыми, но наполненными тоской.
— Умоляю тебя, Дэмин. — сказала женщина. — Остановись.