— Не совсем, хотя я полагаю, моя история была бы увлекательным чтением для многих. Нет, Маркус, Бэкка здесь потому, что она твоя дочь. Твоя кровь. Твоя магия.
Бэкка почувствовала, как все внутри нее холодеет.
— Нет у меня никакой магии. — возразила она, нервно выгибая руки на коленях.
— Не надо так нервничать. Это большая редкость, когда магия побуждается в таком молодом возрасте, как ты. — сказал Дэмин. — Твой отец — бессмертный, мать — смертная. Такой союз всегда приводит к одаренному магией наследнику. Однозначно, ты обладаешь магией. Я чувствую ее. И знаю, что Маркус тоже чувствует.
Все эти слова, словно бомбы, взрывали и уничтожали жизнь, которую она проживала — слишком много ей пришлось понять. Она обнаружила, что не в силах даже задать вопрос. У нее так кружилась голова, что она не видела людей перед собой.
— Нет, Дэмин. — сказал Маркус тихим и спокойным голосом. — Не думай, что я не знаю, что ты задумал. Я знаю, поэтому прошу тебя остановиться. Расправься со мной по-другому.
— Я почти забыл, какую чудесную мораль имели все последователи Евы. — Дэмин качнул головой. — Или заставляли других верить в это.
Бэкка чувствовала, как теряет силы и фокус, но понимала, если она позволит себе так онеметь, то потеряет все. Она подумала о Крис, о Джулии, Джеки и Дэниеле, даже о маленьком пушистом Чарли и заставила себя сделать еще один вдох. Она заставила себя быть сильнее.
— Так скажи. — сердито бросила она. — Что ты сделаешь?
Дэмин встал и подошел к Маркусу. Он встал за его стулом, положил руки ему на плечи и посмотрел на Бэкку.
— Ты спросила меня, почему я не использую свои силы все время, Бэкка. Почему я не упрощаю все, извлекая правду из лживых языков или убивая людей, которые создают мне хоть мимолетные сложности. Ответ: это было бы невероятно скучно. Маркус и подобные ему уничтожили меня — убили. Но я оказался сильнее. И вернулся в том обличье, в котором ты видишь меня сейчас. Мои глаза — эти холодные черные раны — напоминание о моем одиночестве, о том, что это навечно. Я вижу его каждый раз, когда смотрю на свое отражение: истинное бессмертие. Меня невозможно снова убить, никем и ничем. Так как невозможно убить саму смерть. Моей целью больше не является уничтожение миров, или жизней, или надежд. Я обнаружил, что гораздо интереснее сидеть и наблюдать, как смертные уничтожают себя сами. Они так преуспели в этом. Иногда я лишь делаю небольшой толчок в нужном направлении тут или там, но при этом не прикладываю так много усилий, как ты думаешь. Возьмем этот мир, например: в нем такой огромный потенциал к развитию и стабильности, но каждый день, тысячей разных способов люди предпочитают вносить свое разрушение и вымирание. Так увлекательно наблюдать за этим.
Он говорил об увлеченности, но его голос не выражал никаких эмоций: ни энтузиазма, ни почтения. Все, что Бэка могла — это уставиться на него в ужасе от того, насколько обыкновенно он говорит о причинах конца ее мира.
— Долго наша встреча не продлится. — сказал он, позволяя наконец холодной улыбке коснутся губ, — пока не погаснет свет. И это — он сжал плечи Маркуса. — привело нас сюда сейчас.
— Ты хочешь убить нас. — сказала Бэкка глухо.
— Разве ты не слушала? — спросил он. — Я не хочу, чтобы Маркус умер. Я хочу, чтобы он страдал. Вечно. — Дэмин наклонился и понюхал волосы Маркуса. — Он и так почти мертв. Я слышу это. Он умирает. И чувствует отчаяние. Но в крови всех бессмертных течет жажда жизни любой ценой. Так что я предлагаю эксперимент. Насколько отчаянно он хочет жить? Достаточно ли, чтобы убить часть себя, чтобы жить дальше?
— Я не сделаю этого. — прорычал Маркус.
Дэмин вперил в него яростный взгляд.
— Ты думаешь, ты достаточно важен, чтобы решать, кому жить, а кому умирать? Давай немного облегчим тебе выбор. Твоя дочь глубоко внутри обладает магией, необходимой тебе, чтобы выжить. Забери ее и живи. Или оставь и умри. Я думаю, мы оба знаем, что ты выберешь.
Дэмин положил руки на голову Маркусу. Как в видении Бэкки сияли глаза Дэмина, так глаза Маркуса начали сиять ярким белым светом. Он вздохнул от боли, когда его кожа приобрела желтоватый оттенок, щеки впали, а под глазами появились темные круги. Когда Дэмин наконец отпустил его, Маркус соскользнул на стол, выглядя совершенно обессиленным и изможденным.
— Отведите обоих в темницу. — приказал Дэмин человеку в маске и снова сцепил руки. — Бьюсь об заклад, не дольше чем через час он иссушит ее до тла.
Двое схватили Бэкку и поволокли от стола. Она успела смахнуть со стола тарелки с нетронутым завтраком и внутри нее горела ярость.