Очень хорошо.
— Только… относись к ним хорошо, ладно? Они моя семья.
— Я твоя семья, — резко сказал он.
Она повернулась к нему лицом и вздохнула.
— Я всё ещё тебя не понимаю. Я не имею в виду, что понимаю, почему ты здесь. Ты ошибочно убедил себя, что мы предначертаны друг другу, бла-бла-бла. Но почему ты подружился со мной многие годы назад? Я знаю, что ты не взглянул на меня и не подумал — это «она». Ты переспал, наверное, с тысячью других. И давай смотреть фактам в лицо. Я была прилипчивой, нуждающейся и смущённой.
— Я не вижу в чем затруднений, — сказал Уильям.
Она надулась и вздохнула, прежде чем он признался.
— Это были твои глаза. В первый раз, когда они встретились с моими, я почувствовал, как будто смотрю в свежую, открытую рану, которая годами гноилась. Когда я был мальчиком, то каждый раз видел то же самое в своих глазах, когда смотрелся в зеркало. Я хотел помочь тебе.
Сердце сжалось от сочувствия, она мягко спросила:
— Тебя обижали в детстве?
Как же она не догадалась?
— Я вырос в Преисподней, и Гадес не всегда был моим защитником.
Это значит да. Его подвергли насилию. Ей следовало понять.
— Мне очень жаль, Уильям.
Он не ответил, и в тишине ночные насекомые пели им серенады. Вдалеке прогремел гром. Приближалась буря.
— Не беспокойся, — сказал он. — Я создал купол над нашим лагерем. Ледяные кинжалы до нас никогда не доберутся.
Достанут ли они Пьюка, где бы он ни был? И что Пьюк подумал о ней во время их первой встречи? О, подождите. Она могла догадаться. «Наконец-то я нашел свою пешку».
Уильям вздохнул.
— Ты опять это делаешь.
— Делаю что?
— Думаешь о нём. Уверяю, что связь и только связь несёт за это ответственность. Я бы никогда тебе не солгал. Как только связь будет разорвана, Пьюкозависимость превратится в кошмар, который ты долго будешь забывать.
Она даже не могла представить такое.
— А если… нет?
— Так будет.
Желание к нему стало такой же неотъемлемой частью её тела, как и дыхание. Огонь в её крови. Наркотик, которого она жаждала. Хотя Джиллиан была в ярости из-за его горяче-холодного отношения и смущена их будущим, ей хотелось свернуться рядом с ним калачиком.
— Где же он? — спросила она.
— На страже. — Под глазом Уильяма дрогнул мускул, но он очаровательно улыбнулся. — Помнишь, как ты попросила меня научить тебя наслаждаться сексом?
— Хм, ты же сказал, что забудешь ту ночь, — пробормотала она. — Так что забудь об этом.
— Я не могу, — он постучал себя в висок. — Это она виновата.
— У тебя мозг женского пола?
— У меня всё самое лучшее. И знаешь что? После твоего развода, мой ответ будет «да». Начну с…
— Нет, — ответила она, тряхнув головой.
— Нет? — переспросил он, приподняв бровь.
— Я не заинтересована тобой в романтическом плане, Лиам, — прошептала она ему на ухо. — Больше нет. — А может, и никогда не была. В подростковом возрасте она хотела какой-то нормальной жизни. С его любовью к играм, привязанностью к семье и жестокой защитой он обеспечивал это. — Я не хочу причинять тебе боль, но не желаю, чтобы между нами возникло недоразумение. Хотела бы, чтобы всё было по-другому. Жаль, что я не чувствую…
— Тебе не за что извиняться. Ты прекрасна, и твои чувства вполне понятны. Мне нужно работать, чтобы завоевать тебя, вот и всё. Моя цель ясна, и я выйду победителем.
Упрямый человек.
— Я не прекрасна. Даже рядом не стояла.
— Назови хоть один недостаток, — бросил он вызов.
— Ну, для начала, я убила многих людей.
— И я тоже, знаешь почему? Потому что мужчины — ублюдки, а ублюдки заслуживают смерти. Мы сделали миру одолжение. Делать миру одолжение — это хорошо. Дальше.
Она рассмеялась, но быстро пришла в себя.
— Я не считаю следующий недостатком, в отличие от тебя, Уильям, но у меня огромное желание к другому мужчине.
Он провел языком по своим ровным белым зубам.
— А что именно тебе в нём нравится? Назови что-нибудь конкретное. Что он может сделать для тебя такого, чего никто не в силах.
Так же легко, как она перечисляла лучшие качества Уильяма Пьюку, она перечислила качества Пьюка Уильяму.
— Жизнь — это откровение для него. Я — откровение. Он загорается, когда испытывает со мной что-то новое. Он понимает, как тяжело я трудилась, чтобы достигнуть того, что сейчас имею. Хотя он одержим Безразличием, но действительно заботится о своем народе. Хочет лучшего для них и для этого королевства, и он готов…
— Хорошо. Достаточно, — ответил Уильям.