Сегодня он наслаждался. «Лёд, детка, лёд».
— Ладно, — огрызнулся Уильям. — Я ждал так долго и смогу подождать ещё. Я не буду пытаться её соблазнить. Однако если она попытается соблазнить меня…
Скрипнув зубами и сжав кулаки, Пьюк повернулся лицом ко второму ключу.
«Ничего не чувствую, ничего не хочу».
Вдали завыли сирены. Кто-то услышал шум и вызвал полицию. Если он задержится подольше, ему грозит арест.
Он поднял подбородок.
— Я принимаю твои условия.
— Я приму твою клятву на крови касательно ножниц. — Уильям протянул руку, выдернул лезвие из волос Пьюка и сделал надрез на своём запястье.
Как только их кровь смешается, а клятва сорвётся с губ, Пьюк будет навсегда связан, физически не в состоянии пойти на попятную.
«Нет другого выхода».
Используя ту же бритву, Пьюк повторил за воином. Кровь хлынула в рану, когда он сжал руку другого мужчины.
— В день, когда мы победим Сина — когда ты отдашь мне корону Коннахта и покинешь мой дом, никогда не возвращаясь, никогда не нападая на меня, на мою реальность или на мой народ в отместку за содеянное — в тот день я воспользуюсь ножницами Ананки, чтобы разорвать связь с Джиллиан Коннахт. Клянусь.
Готово. Все сделано. Его курс установлен, его будущее решено.
Любой другой человек испытывал бы триумф. Пьюк кивнул, смущённый ощущением пустоты в груди.
Уильям молча смотрел на него, прежде чем ответить кивком.
— Теперь мы свергнем, Сина и отвоюем твоё царство. Идём.
Глава 16
День Сорок Первый (После Связи)
Джиллиан пролетела по песку и с ворчанием остановилась. Пока поднималась на ноги, зная, что её пнут в лицо, если останется лежать, она пыталась перевести дыхание. Почти невыполнимая задача. Она сплюнула кровь и, возможно, даже зуб. Она провела языком по больным дёснам. Да. Определённо зуб. Благодаря бессмертию к утру у неё вырастет новый. Она в этом не сомневалась, потому что ей уже выбивали четыре других.
— Нападай на меня снова, — сказала Винтер. — И в этот раз будь быстрее, сильнее и на триста процентов лучше.
«Конечно, позволь мне начать прямо сейчас».
— Дайте мне секундочку. — Джиллиан с хрустом повернула шеей и размяла плечи, молясь, чтобы прошло головокружение.
— В бою секундочки нет.
Будто она не знала!
После неудачной попытки покинуть Амарантию и последовать за Пьюком, Джиллиан согласилась тренироваться ведению боя. Почему бы не направить её ненависть к отсутствующему мужу в полезное русло? Да она и не смогла бы жить своей мечтой и выполнять свою цель — помогать женщинам и детям, подвергшимся насилию — оставаясь слабой. Винтер научит её пользоваться любым видом оружия, доступном в этом примитивном песчаном аду, после того, как она научится сражаться врукопашную. Только одна проблема. Полковник Винтер считала боль самым лучшим источником мотивации.
Каждую ночь Джиллиан ложилась в кровать со свежими синяками и переломами. По крайней мере, она перестала плакать перед сном. Однажды она станет достаточно сильной и умелой, чтобы отплатить за такое одолжение. Было приятно иметь цели.
— Ну? — подстрекнула её Винтер.
Стараясь не выдать своих намерений, Джиллиан ринулась вперёд и отвела назад локоть. Прежде чем она успела нанести удар, Винтер налетела на неё и ударила так сильно, что Джиллиан испугалась, не сломан ли позвоночник. Она упала на четвереньки. Не хватило времени, чтобы встать. Винтер оседлала её, схватила за волосы и задрала ей подбородок.
Джиллиан ощутила прикосновение холодного металла к пульсу у основания шеи.
— Как ты можешь защитить себя, если ты не в силах защититься? — требовательно спросила Винтер. — Я люблю Пьюка. Ну, не люблю. Это не про меня. Он мне нравится. Он меня успокаивает. Если ты умрёшь, он умрёт. Поэтому ты не можешь умереть. Твой слабый мозг начинает понимать?
Джиллиан не понравилось слушать, что другая женщина признается в любви ее мужу. Потому что Пьюк не заслуживал такой преданности, только по этой причине.
— Делай что-нибудь. — Винтер надавила на клинок, пролив кровь. — Не просто пассивно принимать моё….
Джиллиан взорвалась и запрокинула голову, чтобы стукнуть женщину по подбородку. Прозвучал стон боли. Без промедления она развернулась и ударила. Её кулак впервые соприкоснулся с носом Винтер. Хрящ сломался, из носа хлынула кровь. Восхитительная волна удовлетворения смыла всю боль и страдания Джиллиан. Она ожидала, что Винтер впадёт в буйство, но, наконец, тренер посмотрела на неё с чем-то похожим на гордость.