— Потому, что я слишком молода, — закончила она с насмешкой, вызванной огорчением. — Мне уже семнадцать, ты забыл?
— А мне скоро двадцать. Уже достаточно взрослый, чтобы знать, что хорошо и что плохо.
Хелен с трудом сдержалась, чтобы не хихикнуть, хотя нервы ее все еще были на пределе.
— Ну конечно! Совсем старик, — пошутила она и увидела в лунном свете, как Джос улыбнулся.
Она смотрела на него с восхищением, и сердце сжимала странная боль.
— Я тебя люблю, — хрипло прошептала она и услышала, как у него перехватило дыхание.
Почувствовала, как он напрягся, приподнялась на цыпочки и поцеловала его в губы.
Эта легкая ласка, казалось, парализовала его на несколько секунд, потом он притянул ее к себе и прижался губами к ее рту. Так они долго стояли, и их сердца бились в унисон.
Затем Джос попытался отодвинуться, но она льнула к нему, цепляясь за шею.
— Хелен, перестань, — глухо попросил он. — Ты не представляешь, что со мной делаешь…
— Только то, что мне хочется, от чего я не могу отказаться, когда я с тобой. Ох, Джос, пожалуйста, скажи, что ты думаешь так же.
— Да. Но, Хелен, я старше, и на мне лежит ответственность за… — Его пальцы болезненно сжались, горящие глаза впились в ее лицо. — Но мне так нравится чувствовать тебя в своих объятиях, — закончил он хрипло и быстро поцеловал, прежде чем отпустить.
Хелен отвела с лица прядь волос и вздохнула.
— Мне тоже приятно обнимать тебя, — призналась она, а он поморщился, взял ее за руку и повел назад к машине. — И всегда так было. — Она радостно улыбнулась.
— Хелен! — Голос звучал сурово, но глаза улыбались.
— Я правду говорю. Мы подходим друг другу. И, кроме того, Джос, с тобой все по-другому.
Он хмыкнул.
— Как по-другому? Или мне надо спросить, по сравнению с кем?
— По сравнению со всеми, — уверенно заявила Хелен.
— Ну и ну! Чем, интересно ты тут занималась, пока я ездил играть в футбол? — Он как бы забавлялся, но Хелен почувствовала, как сжались на запястье его пальцы, и пожала плечами.
— Я позволила одному парню на школьных танцах поцеловать меня на прощание. Ну, даже двум на самом деле. Не сразу, конечно, по очереди, — честно призналась она.
Джос помолчал и опустил ресницы. Глаза сузились до темных щелочек.
— Это было ужасно! Оба раза, — бросила она с чувством.
Он снова двинулся к машине.
— Хелен, именно об этом я и говорю. Ты молода. У тебя все впереди. Тебе надо встречаться с парнями твоего возраста.
— Фу! Какими еще парнями! — громко вздохнула Хелен, удерживая его. Джосу пришлось остановиться. — Они тоску на меня нагоняют. К тому же никто из них целоваться не умеет. Вот!
— Зачем же так сурово? — Джос рассмеялся и с шутливой укоризной покачал головой. — И что мне с тобой делать, Хелен Лестер?
Она подошла поближе и прислонилась к его широкой груди.
— Если я тебе подскажу, ты снова станешь возражать.
Джос приподнял ладонью ее подбородок и усмехнулся.
— Надо же! И с каких это пор мы такие робкие?
— Ты надо мной смеешься. — Хелен нахмурилась. — Почему ты не видишь, что я уже взрослая? — Она протянула руку, коснувшись его чуть небритой щеки.
— Ты, — заявил он с шутливой суровостью, — упрямая девчонка. Пошли.
Они молча начали подниматься по тропинке, которая в этом месте круто шла наверх, пока не добрались до самого трудного места.
— Давай я пойду вперед, а потом помогу тебе, — предложил Джос, с трудом вытаскивая кроссовки из осыпающегося песка. — Здесь не мешало бы сделать деревянные ступеньки.
— Тогда все начнут сюда ходить, и это место перестанет быть только нашим. — Хелен протянула руку Джосу, и он вытащил ее на гребень дюны.
— Смотри под ноги. — Он повернулся, чтобы отвести ветку от ее лица, но в этот момент босоножка Хелен попала под корень дерева, и она упала бы, не успей Джос ее подхватить.
— Ты в порядке? — спросил он, и она тихо рассмеялась.
— С тобой я всегда в порядке. — Она провела руками по его спине. — Мм… Я тебе еще не говорила, что на таком близком расстоянии ты просто неотразим?
Две верхние пуговицы на его рубашке расстегнулись, чем она сразу воспользовалась, коснувшись губами его кожи и лаская языком впадинку на шее.
— Хелен!
Она высвободила руку и ловко расстегнула оставшиеся пуговицы. Потом нежно коснулась ладонью мягких завитков на его груди и маленького твердого соска.
— Хелен, пожалуйста! Ты что, не понимаешь, на что нарываешься?
— Еще, как понимаю, милый, — хрипло выдохнула она, продолжая ласкать его.
Руки Джоса дрожали. Он приподнял ее лицо и приник губами к ее рту. Поцелуй становился все более страстным, заполнял ее целиком, коленки у нее подкашивались, по жилам пробегал огонь.