— Ты уверен?
— Что-то вроде этого… Так что, еще раз извини!
Яйцин, слушавший весь этот разговор с некоторым удивлением, вежливо кашлянул. Зотов и Туровский тотчас замолчали и уставились на него.
— Гоголь — это, конечно, хорошо, — высказался Яйцин. — Только вот неприятностей у нас… — Он провел ребром ладони по горлу. — Хватает!.. Вашему Гоголю и не снилось!
— Я для того вас и позвал! — подхватил Зотов нить разговора. — Надо что-то решать…
— А что тут решать, — уныло откликнулся Туровский.
— И так все ясно — мне крышка!
— Не вам одному, — добавил Яйцин.
— Ты человек подневольный…
— Я — в другом смысле.
— В каком?
— Вернуться бы надо — вот в каком! — мрачно сказал начальник охраны и безопасности.
— Вернуться — это неплохо! Это даже очень хорошо! — неожиданно весело произнес Туровский.
— Я смотрю, ты что-то больно веселый, — заметил Зотов. — Еще что-нибудь случилось?..
— Это нервы, Андрей.
— А ты забудь про них.
— Как?
— А так. Выпей водки, обними жену…
— Напои коня! — вставил Яйцин.
— Какого коня? — поинтересовался Туровский.
— Тоже цитата. Из песни.
— А я уж подумал… — Туровский снова едва сдержал смех.
Зотов некоторое время переводил взгляд с одного на другого. Затем решительно поднялся.
— Нет, мужики, я вижу так дело не пойдет! — строго сказал он. — Один все время ржет, как недоделанный. Второго на цитаты потянуло… Нет, так нельзя!
Зотов обернулся и достал из шкафа бутылку и стопки. Плеснул водки на два пальца и придвинул стопку к гостям. Показывая пример, поднял первым.
— Будем здоровы!
И опрокинул содержимое стопки в рот.
Туровский и Яйцин не заставили повторять дважды, и тоже с удовольствием выпили. Сразу стало как-то уютнее…
— Горяча, зараз-за! — заметил Туровский.
— Хорошо! — оценил и Яйцин.
Он выжидательно посмотрел на Зотова, но кавторанг больше баловать не стал — спрятал водку и стопки в шкаф. А чтобы не было соблазна, еще и запер его на ключ.
Сел за стол. Строго посмотрел на гостей.
— Теперь поговорим.
— Давай! — почти одновременно сказали Яйцин и Туровский.
Кавторанг сухо, по-военному пересказал события последних дней в их хронологической последовательности. Он говорил так, словно заранее вызубрил все факты, и теперь напоминал исполнительного докладчика общества «Знание».
— Во, дает! — несколько раз восхищенно, но тихо, чтобы не мешать, сказал Яйцин. — Без бумажки шпарит!..
Туровский только кивал, и чем дальше продолжал рассказывать командир «Зари», тем мрачнее становился распорядительный директор.
Когда Зотов умолк, в служебной каюте наступила тишина. Яйцин старался не смотреть в глаза Туровскому, а Туровский, соответственно, — Яйцину. Оба чувствовали себя виноватыми в случившемся.
— И что же мы имеем? — подытожил Зотов.
— Ничего хорошего, — тихо сказал Туровский.
— Хорошего, действительно, мало! — жестко произнес Зотов. — А имеем мы вот что, дорогие мои товарищи… — Он еще раз посмотрел на гостей и стал демонстративно загибать пальцы. — Два трупа в морозильной камере. Это раз… Панику среди пассажиров. Это два… И самое главное — явную угрозу! Это три… Хватит? Или еще хотите?..
— Хватит, — помрачнел Туровский.
— Я, конечно, дико извиняюсь, — вдруг начал Яйцин. — Но есть тут маленькая ошибочка!..
— Ошибочка?
— Да…
— Есть?
— Есть?..
— Ну-ну, голубчик, покажи, — почти ласково попросил Зотов. — Давай, давай, не стесняйся!..
— Паники нет! — торжествующе заявил Яйцин.
— Есть! — вдруг загремел Зотов, «включив» на полную мощь свой командирский голос. — Давно уже идет паника среди ваших долбаных пассажиров! Давно!.. И в этом только твоя вина, начальник охраны! Только твоя!..
Услышав раскаты громового голоса, Яйцин даже нагнулся от неожиданности, но быстро пришел в себя и вскочил. По его сытому лицу пошли красные пятна, скулы закаменели. От волнения он начал заикаться.
— Вы!.. Вы!.. Вы!..
— Да сядь ты! — прикрикнул на него Туровский. — Он все верно говорит… — Распорядительный директор снова поморщился, как от зубной боли, добавил тише: — Все верно. К сожалению…
— Я мог бы и продолжить, — безжалостно сказал Зотов. — Пропажа пассажира Калачева, сердечные приступы…
— Не надо, Андрей, — попросил Туровский.
— А все-таки паники нет! — вставил обиженный Яйцин, внутренне понимая, что командир подводной лодки абсолютно прав.