— Я однозначно знаю, кто это сделал! — заявил Прищипенко, он даже сделал попытку встать, чтобы объявить об этом стоя, но раздумал, рассчитывая на мощность своих голосовых связок.
— Я знаю, кто это сделал! — громко закричал он. — Меня все слышат? Так вот, тут нечего и думать — это все сделал стюард, тот самый, который сейчас покойник, кажется… — Один из секретарей-охранников нагнулся к своему боссу и что-то тихо прошептал. — Правильно, его фамилия Рохлин!
Когда прозвучала фамилия стюарда, Ольга вздрогнула. На ее шее была черная прозрачная косынка, глаза покраснели от слез, и было видно, что ей тяжело, когда вспоминают про Рохлина.
Сидевший рядом Блудов осторожно взял женщину за руку, словно старался поддержать ее. Ольга с благодарностью посмотрела на врача и кивнула.
— Почему именно Рохлин? — удивленно спросил Яйцин. — Почему не Калачев?..
— И этот тоже из той же шайки! — мгновенно ответил Прищипенко.
— Калачев и Рохлин?! — поразился начальник охраны и безопасности.
— Конечно! А кто же еще? Калачев убил Рохлина. Что тут думать, я вас спрашиваю?.. Все элементарно! Рохлин всех пугал, а Калачев его убил!
— Но зачем?!
— Из-за денег!
— Из-за каких денег?!
— Которые они украли!
— У кого?!
— У меня!
— У вас украли деньги?! — Казалось, что сейчас у Яйцина глаза выскочат на лоб. Он никак не мог соревноваться с пулеметной скоростью речи депутата.
— Да, украли! Вчера! Две тысячи долларов! Или больше… Я уже не помню. И он ответит за это. Потому что это деньги партии!
У Прищипенко был такой вид, будто он сейчас вскочит и запоет партийный гимн. Но ему не дали…
— Вы их вчера проиграли! — раздался вдруг чей-то звонкий голос.
Пассажиры послушно повернули головы и увидели, что этот голос принадлежит Стелле.
— Вы вчера их проиграли в рулетку, — спокойно повторила Стелла. — Ровно две тысячи.
Теперь все посмотрели на Прищипенко.
И прежде чем он открыл рот, чтобы обрушить на непокорную девицу целый водопад красноречивых упреков, из-за соседнего столика вдруг поднялся Лапшин.
— Браво, Стелла! — громко сказал он.
И зааплодировал…
Сначала засмеялся Костя Сюткин, за ним — Рябинина, и вот уже загремела вся кают-компания. На Прищипенко показывали пальцем, хохотали и веселились от души, давая выход накопившимся эмоциям. Смеялись все, без исключения. Даже грустная Ольга криво улыбнулась и тотчас преподнесла к покрасневшим глазам платок…
Депутат что-то пытался ответить в свое оправдание, но его никто не слушал. Тогда он вскочил и с сердитым видом выбежал из кают-компании. Секретари-телохранители последовали за ним легкой трусцой, причем последний из них тоже не мог скрыть ехидной улыбки.
Туровский поднял руку, и шум постепенно стих.
— Предлагаю вернуться к нашим проблемам, — серьезным голосом произнес он. — Сударыня, — вежливо обратился он к Веронике, — мы, действительно, еще не поймали того, кто отравляет нам всем существование… Но мы обязательно сделаем это… — он выдержал паузу, затем продолжил: — Именно поэтому мы решили вернуться. Дела зашли слишком далеко…
— Но вы рискуете нашими жизнями! — воскликнула Вероника. — Какое вы имеете право?..
— Своими тоже… — заметил Яйцин.
— Вы не ответили на мой вопрос. — Вероника проигнорировала реплику начальника охраны и безопасности. — Какое вы имеете право?
Она посмотрела в упор на Туровского.
— Действительно! — вдруг вмешался в этот разговор Петух. — Кто вам дал право, Туровский, распоряжаться на моей лодке? А? Что же вы молчите?..
— Это не ваша лодка!
— Как это не моя?! Моя, голубчик, только моя!.. — Петух улыбнулся. — Я, конечно, не против возвращения, но лодка, ты уж извини, братец, уже не твоя! Хе-хе…
В наступившей тишине громко раздался звук отодвигаемого стула.
Все, мгновенно среагировав, повернулись на этот звук…
В проходе возвышался командир подводной лодки «Заря». Он понял, что настало время прийти на помощь распорядительному директору.
— Вы, товарищ Петух, ошибаетесь! — громко сказал Зотов.
— Не понял!..
— Когда говорите, что подводная лодка ваша, — пояснил Зотов. Он вышел из прохода и приблизился к Туровскому. Теперь они стояли вместе, едва не касаясь друг друга.
— Она моя! — улыбнулся Петух. — Контрольный пакет акций…
— Знаете, товарищ, — бесцеремонно перебил его Зотов, — когда мы в плавании, меня лично меньше всего волнует ваш контрольный пакет акций!