Сегодня я уже готова была поверить во что угодно.
Я села в кресло напротив нее и стащила виноградину с блюда, подтянув ноги под себя.
– Хочу ли я знать, на что ты ставила?
Джианна задумчиво поджала губы.
– Обычно мне нравится сила игры с человеческим сознанием, но ты мне нравишься, поэтому я пока оставлю это в секрете.
В голове у меня и так был полный беспорядок, так что я не стала жаловаться.
– Наверное, спасибо. – Я отправила виноградину в рот.
Она рассмеялась.
Из-за телефонного звонка и сцены с Ронаном живот скрутило таким узлом, что виноградину пришлось проталкивать силой. Но в попытке притвориться, будто мой мир не рушится, я наполнила маленькую тарелку свежими фруктами. Когда я покончила с ними, то переключила внимание на Кэт, которая запихивала в рот сложенный радужный блинчик, не отрывая глаз от безумной игры в принцессу.
– У тебя прекрасная дочь, – искренне сказала я, зная, что когда-нибудь она станет ошеломительной. Или ошеломляющей.
Джианна тепло улыбнулась Кэт и пробежала пальцами по ее косичке.
– Приму это как комплимент, потому что мы с ней, кажется, очень похожи. Но характером она целиком в папу.
Вовремя прозвучавшее из телефона «Голову долой» заставило нас рассмеяться.
Когда веселье стихло, Джианна потерла живот. Либо ребенок был крупным, как отец и дядя, либо она должна была родить со дня на день.
– Когда у тебя роды? – спросила я.
– Через три недели, но у меня такое чувство, будто я никогда не рожу. Когда вернусь завтра домой, надо будет начать заниматься йогой. – Она вздохнула, как будто эта мысль выводила ее из себя. – Но этого, вероятно, не произойдет, потому что меня отлучили от студии, а я никогда не умела мотивировать себя.
– Наверняка в Нью-Йорке не одна студия йоги.
Она нахмурилась.
– Полагаю, стоило сказать, что меня отлучили от всех студий.
– О…
После короткой паузы мы снова рассмеялись.
Джианна излучала тепло, и мне уже стало легче, но все шансы на то, что настроение улучшится, лопнули и сгорели, когда в уравнение вступил знакомый чувственный голос.
– Надеюсь, я ничему не помешала.
Я медленно перевела взгляд на дверь, чтобы увидеть Надю. Ее черные волосы были зачесаны набок гладкой волной, доходившей до талии. Темно-красные губы. Подведенные глаза. На ней было облегающее платье телесного цвета под длинной норковой шубой. Мне стало интересно, не Ронан ли купил ее. От этой мысли скрутило живот, угрожая вытолкнуть единственную виноградину.
Оперная певица была великолепна, источая сексуальность каждой своей порой. Она была из тех женщин, с которыми сравнивают себя все. Один взгляд на нее обезоруживал. Почему Ронан удостоил меня вниманием, когда эта женщина была рядом? Я отвергла эту мысль так же быстро, как отвергла меня моя семья.
«Je suis parfaite comme je suis. Tu es parfaite comme tu es. Nous sommes parfaites comme nous sommes. – Я настолько совершенна, насколько совершенна. Ты настолько совершенен, насколько совершенен. Мы настолько совершенны, насколько совершенны».
Чувствуя, как спряжение французских глаголов творит свою магию, я подняла взгляд на Джианну, как раз вовремя, чтобы увидеть, как она закатывает глаза.
– Конечно, нет, Надя. Похоже, тебя сердечно приглашают войти.
Заметив сарказм в ее голосе, я наконец увидела Павла, стоящего позади Нади. Он неловко переступал с ноги на ногу. Очевидно, Нади не должно было быть тут, но, похоже, он не знал, как ее убрать. Он был выше нее, несмотря на то, что она носила двенадцатисантиметровые шпильки, так что его смятение, очевидно, было вызвано эмоциональной, а не физической битвой.
– О, хорошо. – сказала Надя с очаровательным русским акцентом, провальсировав к нам. – Каждый раз забываю, как долго сюда ехать. – Она поджала губы. – Хотя обычно еду не одна, как говорится, счастливые часов не наблюдают.
Меня тошнило. Буквально.
Я бы не стала сравнивать себя с ней, но все же не могла переварить мысль о ее руках на теле Ронана. Или о его руках на ней. Эта мысль камнем упала мне на грудь. Желание встать и уйти жгло каждый нерв, но это лишь позволило бы Наде победить, поэтому я заставила себя остаться.
Надя сняла экстравагантную шубу, повесив ее на спинку кресла рядом с моим, и села, скрестив ноги, словно королева. Маленькая подарочная коробка выпала из ее шубы на пол.
Джианна вскинула бровь.
– Я пропустила чей-то день рождения?
Надя рассмеялась.
– Нет. Увидела кое-что в магазине и подумала о Ронане, так что просто обязана была это купить.
– Ну, не оставляй нас теряться в догадках, – сказала Джианна.