– Мне не нравится мысль о том, что весь мир пялится на твое тело. – Он прищурился. – И если кто-то начнет к тебе приставать, список пропавших без вести пополнится. Но если тебе нравится то, что ты делаешь, я с этим соглашусь.
Я сглотнула улыбку.
– Это был более агрессивный ответ, чем я ожидала, но также и более пассивный.
– Не стоит называть меня пассивным, когда мы будем не на улице, с учетом того, что ты заставила меня ждать четыре месяца.
Я вскинула бровь.
– Я не заставляла тебя ждать.
– Теоретически, – парировал он. – Я прикинул, сколько пространства понадобится женщине вдали от своего похитителя, прежде чем он сделает ей предложение.
Я рассмеялась.
– И ты сошелся на четырех месяцах?
Он провел большим пальцем по своей вздернутой губе.
– Результат вычислить не удалось, так что я ждал столько, сколько мог.
Я прижалась лицом к его груди, впитывая его запах, по которому так скучала. Я не могла удержаться от того, чтобы не повторить:
– Я люблю тебя.
Он удовлетворенно хмыкнул.
– Я был твоим первым, я буду твоим последним.
– Не хочешь узнать, была ли я с кем-то после тебя?
– Не была.
Он ответил так уверенно, что у меня закралось еще одно подозрение.
– Кто наблюдал за мной? – спросила я обвиняюще. – Я бы заметила Альберта. Он больше, чем дерево.
– Виктор. – Ронан даже не выглядел раскаивающимся в том, что следил за мной.
– И что бы сделал Виктор, если бы я привела к себе мужчину?
– Вышвырнул бы его в океан, – мрачно ответил он.
– А ты? – спросила я с беспокойством. Я не хотела знать, но мне было нужно. – Ты был с кем-то еще?
– Нет. Ты действительно поимела мне мозг.
Облегчение окутало и согрело сердце.
– Ты такой романтичный.
– Еще условия?
Я пожевала губу, раздумывая.
– Как насчет моего папы? Я получила от него сообщение, но кроме этого мы не общались. Но я могла бы найти его, если бы хотела, и не хочу, чтобы ты просил меня об этом.
– У меня был подготовлен великолепный диалог на эту тему, котенок, но ты все испортила, бросившись на меня.
– Это ты прилетел ко мне, – парировала я.
Он улыбнулся, потом стал серьезен и пробежал пальцем по моей щеке.
– Я больше не буду использовать тебя. Я жалею, что тебя использовал. Мне плевать, пусть Алексей живет, царя в каком-нибудь унылом сибирском городе. Переговоры окончены?
– Да, – выдохнула я. – Поехали домой.
Он собрал вещи в коробку и сцепил свои пальцы с моими по пути к машине; Хаос следовал за нами по пятам. В тот момент я знала, что с этим человеком пройду даже сквозь огненные врата ада, если только он будет держать меня за руку.
Глава пятьдесят пятая
scintilla (сущ.) – крошечная яркая вспышка или искра, едва заметный след
Восемь часов спустя я выглянула в иллюминатор частного самолета.
– Ронан… в Москве уже появилась собственная Эйфелева башня?
– Никогда не позволю подобный романтичный туризм в своем городе.
– Ха. – Я подумала. – Тогда почему я вижу Эйфелеву башню?
– Мы в Париже, – безразлично сказал он.
И это было его состояние все время полета: безразличие. Он и эти глупые восклицания «Delicious!» из игры, в которую он играл, сводили меня с ума. Альберт был ничуть не лучшей компанией. Он листал Cosmo в дальнем ряду сидений в передней части самолета.
Я не видела Ронана четыре месяца. Восемь часов я сгорала в ожидании его прикосновений, поцелуев, удобной постели в задней части дома. Но он ничего этого не сделал. Когда я устала от ожидания, оседлала его колени, пробежала губами вниз по шее и накрыла ладонью эрекцию, ставшую тверже под моей рукой.
Я думала, что, наконец, получу то, что хочу, но затем он ссадил меня с себя на диван и сказал:
– Берегу себя до свадьбы, котенок.
Я сердито взглянула на него.
Он думал, что это смешно.
Расстроенная, я встала и села на диван напротив него. С тех пор компанию мне составлял только Хаос. Он тоже, казалось, скучал со мной, но, по крайней мере, терпел мое присутствие.
– Ты такая милая, когда дуешься, – сказал Ронан.
Я вскинула бровь.
– Ты такой раздражающий, когда строишь из себя джентльмена.
Он одарил меня тяжелым взглядом, выражавшим столько всего, что я ничего не поняла.
После этого мы не сказали друг другу ни слова, пока я не заметила, что мы не в Москве, куда, как я думала, мы летели. Я хотела знать, зачем мы в Париже, но воздержалась от вопросов, зная, что Ронан, вероятно, сказал бы, что мы здесь для того, чтобы осмотреть туристические достопримечательности.