– Маленькая лгунишка, – протянул он. – Я не забыл, как быстро ты кончила на меня… и на всю мою руку, раз уж на то пошло. Сама сказала, что если не я, то найдешь другого. – Его хватка на волосах стала крепче. – Может быть, Альберт тебя устроит.
Мне стало дурно.
Я чувствовала унижение.
Слабость.
Я не знала, переживу ли это.
– Теперь, когда формальности окончены, может быть, дадим твоему папе предварительную картину того, что будет дальше?
Я моргнула, когда он выставил перед нами телефон.
Дьявол был сардоническим и технически подкованным. Мой шея болела от безжалостной хватки, когда он сильнее потянул за волосы, чтобы сделать извращенное селфи.
– Улыбнись.
Щелк.
Глава четырнадцатая
machiavellian (англ., сущ.) – злой, подлый, лживый
– Ты могла бы по крайней мере попытаться приложить усилия, – сказал Ронан, рассматривая фотографию так, будто разочаровался во мне.
Этот мужчина был встревожен.
Дьявол, разгуливавший по улицам Москвы.
Он спрятал телефон в задний карман и опустился передо мной на корточки. Развязывая веревки на моих запястьях, он рассеянно провел большим пальцем по огрубевшей коже под ними. Эта ласка только вчера убедила меня в том, что он заботится обо мне, но, возможно, теплота была лишь тайным приемом, который злодеи передавали друг другу, чтобы заманить жертву, прежде чем растоптать ее сердце ногами.
– Твой отец такой же сумасшедший, как ты? – бесцветно спросила я.
Он удивленно посмотрел на меня.
– Не уверен. Никогда с ним не встречался. Но если тебе от этого станет легче, моя мать была такой же садисткой, как и твоя.
Мой взгляд вспыхнул негодованием, но выражение его лица и тот факт, что он был достаточно близко, чтобы дать мне пощечину, сдержали мой ответ. Он предупреждающе посмотрел на меня, прежде чем встал и выключил любительское порно на экране.
Я потерла запястья и встала, морщась от боли в мышцах, настороженно наблюдая, как он прислонился к комоду, сосредоточившись на своем телефоне. Наверное, отправлял это дурацкое фото папе.
Он мог бы вложить гораздо больше силы в ту пощечину: красный отпечаток ладони на моей щеке сделал бы селфи лучше. Я не была так уж уверена, что он хотел причинить мне боль. Может быть, я смогу его образумить. Может быть, мне удастся выбраться из этого с нетронутой душой.
Хотя, к сожалению, вся моя уверенность рухнула, когда он заговорил.
– Твоя одежда, – сказал он, все еще не сводя взгляда с телефона. – Снимай.
Я уставилась на него, дыхание сперло.
Он уже видел все, что я могла предложить, – записал, чтобы смотреть, когда заблагорассудится, – но суть была не в этом. Каждый нерв в моем теле боролся против подчинения его воле. Пацифист во мне хотел подчиниться. Мозг приказывал мне подчиниться прямо сейчас, но моя гордость и – отчего-то – мое сердце тянули меня в другом направлении.
Тяжело сглотнув, я сделала шаг назад. Это движение заставило его темный взгляд встретиться с моим. Я бы не отдала этому Дьяволу свою душу.
Если он ее хочет, ему придется вырвать ее у меня из груди.
– Нет.
Его взгляд стал жестче, удерживая мой, когда он положил телефон на комод рядом с собой и уделил мне все свое ужасающее внимание. Моя решимость дрогнула, словно натянутая струна. Я пятилась, пока не уперлась ногами в кровать.
– Котенок, – предупредил он, делая шаг ко мне, – «нет» теперь отсутствует в твоем словаре. Когда я говорю тебе что-то сделать, ты делаешь это с улыбкой. Не сделаешь этого, и жизнь для тебя станет очень неприятной. Снимай. Одежду.
Я должна была знать, что он запланировал для меня. Мое воображение пугало меня, вырисовывая множество тревожных картин того, как он мог бы отомстить. Неизвестность скрутила мои легкие тугой хваткой. Я хотела, чтобы он сделал все, что было в его силах, иначе тревога будет снедать меня до тех пор, пока я не сдамся физически.
Сердце бешено колотилось у меня в груди, но я выдержала его взгляд.
– Нет.
Секунду он смотрел на меня, а потом набросился так быстро, что крик вырвался из моего горла. Ронан бросил меня спиной на кровать, опустившись на меня своим телом. Я извернулась под ним, умудрившись ударить его коленом в пах. Обычный человек упал бы на пол и схватился за яйца, но этот монстр просто замер на секунду, закрыл глаза, а потом издал животный звук, вырвавшийся сквозь стиснутые зубы.
Я воспользовалась тем, что он отвлекся, и перевернулась на живот, чтобы отползти от него, взобравшись на кровать, но он схватил меня за лодыжку, потянул и подмял под себя, а затем перевернул на спину.