«Риа, мне кажется, они хотят лишить их потомства!» – раздался в голове взволнованный голос Геи.
«Знаешь, я даже не удивлена. Меня больше волнует вопрос, кто та крыса, что подмешивает эту дрянь в сыворотку?»
«Скоро выясним. А пока скажи, сколько тебе нужно времени, чтобы подготовить антидот?»
«Думаю, за час управлюсь. Что-то мне подсказывает, что к вечеру тут будет уже не один перевертыш».
Если бы я только знала, насколько окажусь права, я бы забаррикадировала дверь изнутри.
Следующий пришедший ликан уже с порога начал странно водить носом в мою сторону. После забора анализов его желтые глаза подернулись мутной дымкой. За дверь я выставляла ликана силой, что было непросто, учитывая наши весовые категории.
Третий заходил в лабораторию с глуповато-влюбленным выражением лица. Стоило пройти за ширму, как меня стиснули в крепких объятиях. Страстные поцелуи парень чередовал с укусами, и на мои возмущенные крики не реагировал. Только удар по ушам немного дезориентировал его, благодаря чему я смогла вырваться. Но лабораторный халат пал смертью храбрых.
Коронат
– Кор, срочно поднимись в лабораторию доктора Бенет! – Ворвавшийся в комнату растрепанный Мих схватил меня за руку и потащил наверх, не дав вставить даже слово. – Твои ребята словно с ума посходили!
До исследовательского блока мы добрались в считанные минуты. Влетев в нужный коридор, я опешил. Порядка двадцати самцов в состоянии крайнего возбуждения дрались за право взломать дверь в лабораторию. Кто-то кричал непристойности, кому-то начистили морду, а кто-то собрался пометить территорию.
Вовремя остановив наглеца, я нашел взглядом самого старшего бойца и прорвался к нему. Свистнув, я смог привлечь к себе всеобщее внимание.
– Что здесь происходит? – От моего рыка один из щенков тихо заскулил. – Рик, что вы творите?
Ликан тряхнул головой, словно разгоняя дурман, осмотрелся по сторонам и понурился.
– Вы же бойцы! А ведете себя как щенки в пубертатный период, впервые учуявшие самку.
В коридоре воцарилась гробовая тишина.
– Всем построиться и быстрым шагом спуститься в тренировочный зал. Рик, гоняешь всех до тех пор, пока дурь не выветрится.
Проводив взглядом последнего, я постучал в дверь лаборатории.
– Доктор Бенет, откройте.
– Ага, щаз-з-з! Извращенцы озабоченные!
– Риа, вам больше нечего бояться. Открывайте!
– Нет!
– Не злите меня, доктор! Если через пять секунд вы не откроете, я вскрою дверь. Поверьте, в отличие от возбужденных самцов, я знаю, как замкнуть контакты.
– Ладно! Но если вы ко мне полезете – получите электрический разряд в зад! Не обессудьте.
– Заметано.
За отъехавшей дверью стоял маленький взлохмаченный рыжий котенок. Порванный лабораторный халат был подвязан каким-то шнуром. В руках на изготовку длинный шокер.
– Что здесь произошло?
– Это вы мне объясните, что нашло на ваших бойцов? – Кириана вздохнула, дошла до стула и тяжело на него опустилась. – Я думала, им нужна помощь, а они…
– А они… – Я окинул помещение пристальным взглядом и принюхался. – А они подчинились инстинктам. Что вы такое, доктор Бенет?
От моих слов девчонка растерялась.
– В смысле, что я?
– В самом прямом. Я вижу перед собой самую обычную человечку, но при этом вся лаборатория пропахла феромонами, как у наших самок. Естественно, у ребят снесло крышу.
– Я не понимаю… – Доктор посильнее запахнула халат на груди.
– У наших самок четыре раза в год случается… течка. В этот период женщина выделяет настолько мощные феромоны, что у противоположного пола отключается самоконтроль и остается только один инстинкт – размножение. Поэтому своих женщин в этот период мы закрываем в специальных апартаментах. Из мужчин туда может зайти исключительно тот, кого выберет сама самка для облегчения своей доли.
– А я-то здесь при чем?
– Это вы мне скажите! И лучше поторопитесь, доктор. На нашей базе не так много ликанов, способных в силу возраста сопротивляться этому инстинкту.
– Я вас услышала. – Риа поднялась и направилась к двери. – А теперь можете идти.
– Нет, не услышали. Основной контингент ликанов на этой базе – молодняк, который будет пытаться вас изнасиловать, как только вы попадете в зону их обоняния. И это не потому, что вы такая неотразимая. Это наша физиология! Мы чуем самку за километр.