Моментально надувшись, Джулиан метнул на девушку неприязненный взгляд.
— Вот уж глупости! Мне, например, гораздо больше нравится, как ты выглядишь в темноте, — сварливо пробурчал он. «И как себя ведешь», — недвусмысленно говорил его пылающий взгляд.
Уилбери выскользнул за дверь. Порция поспешила за ним — перед уходом она все-таки решилась обернуться, но только когда оказалась на достаточно безопасном расстоянии.
— Мне тут пришло в голову… Если мы с тобой собираемся остаться в этом доме до тех пор, пока не решим, как быть с твоей любовницей…
— С бывшей любовницей, — любезно поправил Джулиан, скрестив руки на груди.
— …тогда, думаю, будет лучше, если ты постараешься относиться ко мне как сестре.
Джулиана передернуло.
— Ну уж нет! Лучше я постараюсь думать о тебе, как о той пригожей горничной, что убирала в верхних комнатах — той самой, что похитила мою… мое сердце, когда мне только-только стукнуло тринадцать!
— Что ж, по крайней мере теперь понятно, что с ним случилось, — едко заметила Порция. — А теперь, надеюсь, вы извините меня, сэр, если я оставлю вас? Спите на здоровье!
Девушка ужом выскользнула за дверь, прекрасно понимая, что Джулиан ни за что на свете не решится последовать за ней в залитый солнцем музыкальный салон, и не ошиблась. И торжествующе захихикала, услышав из-за двери раздраженное рычание Джулиана.
— Как насчет еще одного поцелуя, милорд?
Порция, улыбаясь вымученной улыбкой, протянула маркизу изящный чайный поднос из тончайшего севрского фарфора.
Уоллингфорд, поперхнувшись горячим чаем, закашлялся. Заметно выступающий кадык у него на шее судорожно заходил ходуном.
— Простите? — немного отдышавшись, прохрипел он.
Каролина, незаметно ткнув младшую сестру локтем, сладко улыбнулась. Порция почувствовала, как заалели у нее щеки.
— Как насчет пышки, милорд? — поспешно поправилась она. — Надеюсь, мне удастся уговорить вас съесть еще хотя бы одну.
— О… вот вы о чем… Ну, в таком случае… — Все еще хмурясь, маркиз потянулся за пышкой. Было заметно, что он пребывает в растерянности.
Вернув чайный поднос на столик, Порция с тоской взглянула в окно. На небе не было ни облачка. Лучи зимнего солнца заливали безжалостным светом обставленный полированной мебелью музыкальный салон и подчеркивали каждую деталь, включая безукоризненно ровный пробор маркиза и надменные складки в углах его губ, никуда не желавшие исчезать, даже когда маркиз улыбался.
— Очень рад был услышать, мисс Кэбот, что ваша вчерашняя маленькая эскапада обошлась без неприятных последствий, — прожурчал он. — Признаюсь, я весь дрожал при мысли о тех неприятностях, которые вы могли навлечь на себя, разыскивая этого… — Маркиз запнулся, смущенно откашлялся, потом, сделав над собой заметное усилие, уже менее брюзгливым тоном добавил: — Простите… пышка застряла в горле. Я хотел сказать, младшего брата виконта.
Каролина бросила на Порцию понимающий взгляд.
— О, милорд, у нашей Порции такое доброе сердце! — воскликнула она. — Малышка всего лишь хотела вернуть домой нашу заблудшую овечку! Трудно винить ее за это, не правда ли?
— Могу только восхищаться вашим безграничным милосердием, моя дорогая! — Тонкие губы маркиза раздвинулись в улыбке, от которой Порцию бросило в дрожь. Увы, заблудшие души не всегда заслуживают сострадания. В иных случаях лучше предоставить их своей судьбе, и пусть сатана позаботится о них.
После недавней сцены в библиотеке Порция поймала себя на том, что полностью согласна с маркизом. Удивительно было то, что ей вдруг почему-то захотелось придушить его собственными руками.
Каким-то чудом ей удалось поднести к губам чашку и даже сделать глоток, не опрокинув ее на платье, так у нее затряслись руки.
— Полагаю, милорд, вы еще не знаете о последних событиях? — сладко улыбнулась она. — О, у нас чудесные новости!
Улыбка маркиза заметно увяла.
— Новости? Какие новости?
— Джулиан вернулся домой. — Улыбка Порции стала сладкой до приторности. — После всех этих лет наша заблудшая овечка возвратилась в лоно любящей семьи! Какое счастье, правда?
Казалось, маркиза вот-вот хватит удар. Побагровев до синевы, он подскочил как ужаленный и тут же снова рухнул на стул. Взгляд его дико блуждал по комнате.