— Вот это да! Ты, должно быть, Элоиза, верно? Вот черт… я должен был сразу узнать эти глаза! — Совсем сбитый с толку, он покосился на молчавшую до сих пор Порцию. — Но ради всего святого, откуда ей известно, кто я такой?!
Судя по всему, объяснения не миновать, с досадой подумала Порция, поймав на себе его взгляд. И независимо пожала плечами.
— Попробую угадать. Ну… — протянула она, подняв глаза к потолку, — возможно, я показывала ей твой портрет. Раз или два… ну ладно, — сдалась она, — тысячу раз.
Слава Богу, Элоиза пришла на помощь. Сообразив, что речь идет о ней, девочка принялась дергать Джулиана за рукав, настойчиво требуя его внимания. Задрав голову, она сморщила носик, беззастенчиво разглядывая его. Джулиан даже слегка смутился.
— Э-э-э… надеюсь, она не кусается? — пугливо отодвинувшись в сторону, шепотом спросил он.
— Людей не кусает, — прыснула Порция. — А так… Может откусить пуговицу, бомбошку на гардинах, ну и все такое. Иногда пытается укусить котенка, но редко — котенок, знаешь ли, тоже может цапнуть, так что она предпочитает не рисковать.
Элоиза, потянувшись, погладила Джулиана по щеке липкой ладошкой.
— Холосенький! — На пухлых и румяных, словно яблочки, щеках малышки появились ямочки.
Порция, не удержавшись захохотала:
— Бедненький Джулиан! Не нужно так пугаться! Это только доказывает, что ни одна женщина не может устоять перед твоей сногсшибательной красотой!
— Кроме тебя, — огрызнулся он, недовольно покосившись на Порцию поверх золотоволосой головки маленькой племянницы.
— Элоиза!
Оба обернулись. На пороге с бледным как смерть лицом стояла Каролина. За плечом у нее, беспокойно комкая накрахмаленный фартук, маячила нянька Элоизы. Увидев дочь на руках у Джулиана, Каролина, казалось, побледнела еще больше.
Вскрикнув, она пролетела через комнату, вырвала дочку из рук Джулиана.
— Ты очень непослушная девочка, Элли, — пробормотала она, уткнувшись лицом в спутанные волосы дочери. — Тебе не стыдно? Смотри, как ты напугала маму! И няню тоже!
— Дядя Джулс! — капризно захныкала Элоиза, выворачиваясь из объятий матери. Надувшись, она протянула руки к Джулиану. — Холосенький!
— Все в порядке, милая, — улыбнулся он. — Беги-ка ты лучше к няне — пусть поскорее уложит тебя в кроватку. А то смотри, у тебя ножки босые. Еще чего доброго замерзнут.
Нахмурившись, Джулиан смотрел, как Каролина, старательно пряча глаза, сунула ребенка няне.
Та поспешно унесла хнычущую Элоизу наверх. Наконец за ними захлопнулась дверь.
— Должно быть, ее разбудила музыка, — вздохнула Порция, — Вообще-то это я виновата, а вовсе не Джулиан. Надо было закрыть дверь… а я забыла.
— Да и я тоже хорош — не мог найти более подходящего времени, чтобы помузицировать, — виновато пробормотал Джулиан. — Просто… понимаете, перед рассветом мне всегда как-то особенно одиноко… время тянется бесконечно. — Встав из-за рояля, Джулиан повернулся к Каролине. На губах его играла насмешливая улыбка. — Успокойся, Каро! Чего ты так испугалась? Твоя крохотная обезьянка вряд ли способна утолить мой голод.
Сухо поклонившись опешившим сестрам, Джулиан резко повернулся и вышел из комнаты. Хлопнула дверь, а они все еще никак не могли опомниться.
Каролина застыла. Призрачный лунный свет выхватил из темноты ее виноватое лицо.
— Прости, Порция, — с раскаянием прошептала она. — Не знаю, что на меня вдруг нашло. Просто я зашла к ней в комнату, увидела пустую постель и… Думаю, ты догадываешься, о чем я подумала… — Она со стоном закрыла лицо руками.
— Догадываюсь, — уныло пробормотала Порция. — Впрочем, и Джулиан тоже. Можешь не сомневаться.
Не сказав больше ни слова. Порция молча прошмыгнула мимо сестры и вышла из комнаты. Все в доме спали. Поднявшись к себе, она тяжело вздохнула, заранее предвкушая долгие часы, которые ей предстояло томиться в своей пустой, одинокой кровати в ожидании рассвета.
Глава 12
На следующую ночь Порция, стоя в прихожей городского особняка сестры, зачарованно разглядывала собственное отражение в зеркале. На лице у нее был написан ужас и благоговейное восхищение — с таким выражением люди обычно рассматривают какого-нибудь экзотического паука, красивого и вместе с тем мерзкого.
К ее неимоверному облегчению, Эйдриан, забрав Каролину с Элоизой, отвез их в городской особняк Вивьен, объяснив это тем, что не хочет, чтобы жена видела, как ее сестренка отправится на свое первое рискованное задание. Порция сначала приуныла, но сейчас была даже рада этому. Ей тоже не хотелось бы, чтобы кто-то из близких видел ее в ее новом обличье.