Конечно, все это были лицемерные увещевания, потому что никто, по большому счету, не думал о том, чтобы Куба вздохнула свободно. В этой игре были совсем другие ставки… Но кубинская полиция оказалась сговорчивой и понятливой. Ни одно дело, в котором так или иначе угадывались следы противостояния преступных сообществ и кланов, так и не было раскрыто.
В конце концов верх явственно стал одерживать Паррандеро. Попросту говоря, он уничтожил всех своих противников. Руками ли своих подчиненных или, может, ему в этом помогала еще и некая таинственная сила — этого, опять же, никто не знал. А просто факт оказался фактом. В конце концов из серьезных и значимых противников у него на Кубе остался лишь один — некто Луис Верде. «Луис Зеленый», если перевести на русский язык. Конечно, это не было его настоящим именем, да, собственно, дело было и не в том, как его звали по-настоящему. Важно другое — настал решающий момент, когда должны были сойтись два самых главных претендента на трон. И один из них неминуемо должен был умереть, а другой — остаться победителем. Окончательным победителем, над которым никто не властен, за исключением, разумеется, спецслужб США.
Неизвестно, был ли и Луис Верде под покровительством этих самых спецслужб — как и Паррандеро. Возможно, что и был. Даже наверняка был — потому что всякий опытный игрок всегда делает не одну ставку, а как минимум сразу две. Две ставки означают в два раза больше шансов на победу. Хоть одна из заявленных лошадей да прибежит первой к финишу. Так, повторимся, поступает каждый опытный игрок, а уж американским спецслужбам опыта было не занимать…
Одним словом, эти-то двое — Паррандеро и Луис Верде — и сошлись в конце концов в решающем поединке. Причем сошлись в прямом смысле этого слова — лицом к лицу, чтобы окончательно выяснить отношения. Чтобы кто-то из них убил другого.
Нельзя сказать, что Паррандеро был рад такому способу выяснения отношений. Больше того, он ни под каким видом не желал этого, а предпочел бы расправиться со своим соперником по-другому. То есть так, как он привык, как обычно расправлялся со всеми своими соперниками: выстрелом в спину из-за угла, или подсунув ему бутылку с отравленным виски, или с помощью бомбы, тайно прикрепленной под днищем авто, или каким-нибудь иным похожим способом. Ни с кем не надо сходиться лицом к лицу, да и вообще не надо ничего делать своими руками, потому что все сделают рядовые бандиты, а ему, Паррандеро, нужно лишь отдать приказ.
Но на этот раз все было по-другому. Накануне поединка с Луисом Верде у Паррандеро состоялась тайная встреча с неким типом. Он с ним встречался не раз и прекрасно знал, кто он такой и какие силы маячат за его спиной. Типа звали Сэм, но это, разумеется, вымышленное имя, проще говоря, прозвище, потому что в той игре, в которой участвовал Паррандеро, никто не называл друг друга по имени.
Так вот, они встретились, и Сэм сказал Паррандеро, что он должен убить Луиса Верде — настало решающее время.
— Давно пора, — ответил тот, и на его лице отобразился жесткий звериный оскал, обозначавший, должно быть, усмешку.
— Ты знаешь, как это сделать? — спросил Сэм.
— Придумаем что-нибудь, — ответил Паррандеро. — Дело нехитрое. Не он первый… Я дам распоряжение своим людям и…
— Э, нет! — перебил его Сэм. — На этот раз все нужно сделать по-другому!
— По-другому — это как? И почему по-другому?
— Потому что и Луис Верде помышляет о том, чтобы убить тебя. Разве ты этого не знаешь? — с ухмылкой ответил Сэм.
— Допустим, знаю, — скривился Паррандеро. — Это что-то меняет? Пусть попробует…
— Думаю, что в данный момент он размышляет над этим самым тщательным образом и тоже готовится дать распоряжение своим людям. А люди у него — такие же специалисты, как и у тебя. Не хуже и не лучше.
— И что с того?
— Ну, как же, — покачал головой Сэм. — Это же понятно… Ты дашь распоряжение своим людям, Луис Верде — своим. И что в итоге? А в итоге твои люди убьют Луиса Верде, а его люди убьют тебя. А надо, чтобы остался кто-то из вас. Кто-то один. То есть или ты, или Луис Верде. Потому что при любом другом раскладе мы останемся в дураках. А мы очень этого не любим.
— Вы — это кто? — уточнил Паррандеро, хотя, собственно, и уточнять не было никакого смысла, потому что и так все было понятно.
— Мы! — жестко повторил Сэм.
И только теперь до Паррандеро начал доходить истинный смысл той игры, которую затеял Сэм, а точнее говоря, те, кто стоял за его спиной. Суть эта была очевидна и непритязательна — как в какой-нибудь рулетке или, скажем, на ипподроме. А еще точнее — как на ринге, где сошлись два претендента на чемпионство, и один из них должен выйти победителем, а другой — проиграть, никакого иного выбора не предполагалось. Ну а те, кто будет наблюдать за схваткой, делают ставки на того или иного игрока. Так и в этой игре, которую предлагал сейчас Сэм. С той лишь разницей, что проигравший на ринге боксер останется жив, а здесь цена проигрыша была иной, и означала она чью-то смерть, и никаких иных вариантов. Либо смерть Луиса Верде, либо смерть Паррандеро. И что самое главное — у Паррандеро не было возможности отказаться от поединка. Должно быть, и у Луиса Верде — тоже, но это сейчас Паррандеро не интересовало. Его волновала его собственная судьба…