Дония поймала встревоженный взгляд Айслинн и спокойно его выдержала.
— Думаю, мои придворные правы. Я представляла, как вгоняю лед под твою солнечную кожу. Я не раз представляла, как наношу удар. Хватит глупых придумок, будто мы друзья.
— Дония! — насторожилась Айслинн.
Напрасно она думала, что знает фэйри. После Ниалла жизнь преподала ей второй урок. Прежней Доний не было, а нынешняя легко могла причинить Айслинн зло.
— Ты мне нравишься. Я часто напоминаю себе об этом, но есть и другие… факторы. — Слова королевы Зимы падали вместе со снежинками. — Летние фэйри — нежеланные гости во владениях Зимы.
Стены покрывал густой слой льда. Голос Доний был угрожающе холодным. Однако уязвленное самолюбие Айслинн не выдержало.
— Мы не имеем голоса при твоем дворе. А ты имеешь право нам диктовать?
— Да.
— Почему мы должны…
Айслинн не договорила. Дония подскочила к ней и плотно притиснула руку к ее животу. Ледяные пальцы впились в кожу Айслинн. Лед таял, но тут же нарастал снова, и пальцы погружались все глубже. Льдинки отламывались и оставались внутри.
Айслинн закричала. Ее обожгло страшной болью, вызванной не то проникновением пальцев Доний, не то льдом.
«Неужели мне суждено умереть здесь?»
— Почему вы должны учитывать мои желания? Ты это хотела спросить?
Пальцы Доний окрасились кровью Айслинн. Этими пальцами она дотронулась до подбородка королевы Лета и приблизила ее голову к своей.
— Потому что, Эш, я сильнее. Вам обоим нужно об этом помнить. Равновесие, которого ты хочешь, наступит, только если я позволю.
— Ты меня ранила.
Айслинн боялась, что ее вырвет. Ее тело стало липким. Боль от попавших внутрь льдинок прибавилась к боли от ран.
— Я показала тебе предел.
Сейчас Дония была похожа на прежнюю королеву Зимы, не привыкшую ни извиняться, ни ужасаться содеянному.
— Кинан…
— Рассердится. Да, знаю. Однако…
Дония вздохнула и окутала Айслинн ледяным облаком. Айслинн
— Это легкие раны. В другой раз они будут не такими.
Айслинн пыталась зажать живот рукой, но кровь все равно капала сквозь пальцы.
— Мы с Кинаном можем нанести ответный удар. Ты этого хочешь?
— Нет. Я хочу, чтобы вы держались подальше от меня.
Дония подала ей белый кружевной платок.
— И не являйтесь сюда без приглашения. Ни ты, ни он.
Дверь открылась. Эван повел Айслинн к выходу.
ГЛАВА 14
Выходя из особняка, Айслинн не стала опираться на плечо Эвана. И за руку его не схватила, ковыляя вниз по ступенькам крыльца. Ладонью она зажимала рану, как будто это могло уменьшить боль.
«Я — королева Лета. Я сильнее обстоятельств».
Однако ей все равно было больно. Дония поранила ей не только кожу, но и мышцы, и с каждым шагом они напоминали о себе. Она кусала губы, чтобы не заплакать.
«Им это незачем видеть».
Двор перед особняком Доний был полон фэйри. Над снегом парили белые призрачные девушки-скелеты. В заснеженных ветвях дуба пристроилась боярышница. Ее красные глаза блестели, как замерзшие ягоды. Рядом сидело незнакомое Айслинн существо с кружевными крыльями. Неподалеку, будто старинный стрелок, застыла глейстига. Ее копыта утопали в снегу. Все придворные Доний следили за Айслинн, покидавшей владения их королевы.
Конечно, они слышали крик Айслинн, когда Дония вонзила в нее свои пальцы. Теперь они глазели на большое кровавое пятно, едва прикрытое ладонью Айслинн.
«Я — не слабачка. Я не чувствую себя побежденной».
Где-то на середине двора Айслинн заставила себя выпрямиться.
— Можешь идти, — сказала она Эвану.
Рябинник бесстрастно глядел на нее. На лицах фэйри тоже не было никаких следов удивления, однако Айслинн не собиралась доставлять им удовольствие и показывать свою слабость. Руку она опустила и пошла к чугунным воротам. За оградой владения королевы Зимы кончались. Айслинн остановилась, давая боли утихнуть, и достала мобильник. Одновременно она применила магическую маскировку, чтобы не шокировать прохожих раной и своей бледностью.
«Здесь звонить не буду. Отойду, тогда позвоню».
Она прошла не более квартала, когда слезы потекли сами собой. Айслинн ощупью нажала кнопку на мобильнике. Когда он ответил, она лишь торопливо произнесла:
— Нужна твоя помощь. Забери меня.
Она отключилась и села на тротуар. Ее тянуло закрыть глаза. Айслинн сопротивлялась, опасаясь потерять сознание.