— И что?
Надежда в глазах Сета вспыхнула и тут же погасла. Он предчувствовал ответ.
— Кинан сказал «нет», тем не менее…
— Это очень на него похоже. Ниалл его давно раскусил. Кинан предпочел бы, чтобы меня вообще не было в твоей жизни. Не пытайся разубеждать меня, Эш. Когда-нибудь так оно и случится. Меня не станет, а он получит все.
Сет замолчал, будто вспомнив, что говорит не с Кинаном, а со своей любимой. Он поцеловал Айслинн в лоб.
— Не будем сейчас об этом. Тебе и без того сегодня досталось. Мне надо… проветриться.
— Сет, прошу тебя.
У Айслинн заколотилось сердце. У Сета был такой вид, будто он тоже ранен.
— Сет, я стараюсь все наладить.
— Эш, я тоже стараюсь, но… Это словно мы попали в рай, а он вдруг куда-то провалился. Мне нужно побыть одному. Подумать. Иначе я могу наговорить тебе резкостей.
Сет выпустил ее руку и ушел.
Айслинн осталась одна. Раненая, лежащая на чужой постели. За дверью толпились фэйри, готовые исполнить любой ее приказ. Но те, в ком она нуждалась сильнее всего, оба покинули ее.
ГЛАВА 15
Сет прошел мимо фэйри в гостиной и даже не взглянул на них. Они спрашивали его о чем-то, по ему было не до них. Бдительный Квинн тут же увязался следом.
«Сейчас у меня нет на него сил».
Сет пересек улицу и вошел в парк, где фэйри устраивали свои бесконечные празднества. На лужайке трава была вытоптана большим ровным кругом, напоминавшим знаменитые «круги на полях». В сумерках по дорожкам и траве бродили рябинники. Стайки летних дев о чем-то болтали. Некоторые кружились, словно дервиши. Фэйри с львиными гривами (точнее, их молодежь, которых так и называли — львята) вдохновенно отбивали ритм на барабанах. Трудно сказать, кто под кого подстраивался: то ли летние девы под барабаны, то ли львята приноравливались к их танцам.
Здесь, в парке Летнего двора, мир фэйри казался прекрасным.
— Не надо меня оберегать. Парк — безопасное место, — не оборачиваясь, бросил Квинну Сет.
— Ты останешься в парке?
— Побуду тут.
Сет уселся на скамью, образованную густым переплетением ветвей плюща. Какой-то искусный ремесленник фэйри сумел заплести ветви в косу. Они росли, крепли и постепенно превратились в цветущую скамейку. Магическое зрение позволяло Сету видеть множество чудес этого мира.
Чудес ли? Может, всего лишь иллюзий? Вопрос оставался для Сета открытым. Его взгляд переместился на дуб, где расселось полдюжины воронов. Сет предпочел бы и дальше наблюдать за воронами, но Трэйси — одна из самых нежных и кротких летних дев — взяла его за руки.
— Потанцуем? — предложила она.
Трэйси уже раскачивалась, держа его руки. Она была тонкой, как тростиночка. Однако Сет знал: если она захочет, у нее хватит сил стащить его со скамейки. Словно в ответ на эти мысли, вокруг него зазмеились молодые побеги плюща, пытаясь удержать его на скамейке.
— Трэйси, я сегодня не в настроении.
Он попытался высвободить свои руки.
— Настроение легко сменить. — Она улыбнулась и сдернула его со скамейки. — Танец разгонит твою грусть.
Сету нравилось танцевать с летними девами и слушать их щебетание. Чем-то это было похоже на прежние вечеринки, куда он ходил «до Эш». Его жизнь делилась на «до Эш» и «с Эш».
— Мне нужно посидеть и подумать.
— А на ходу думается еще лучше.
Трэйси увлекла его внутрь круга, и, как только Сет там оказался, все остальное перестало существовать. В сумерках мелькнули каменные скульптуры, чаша фонтана. На лицах львят появились понимающие ухмылки. Ритм музыки изменился. Сет все это видел, но ничего изменить не мог. Знакомое состояние. Слишком многое в жизни он не мог изменить в желаемую для себя сторону.
У него на поясе сплелись ветви плюща. Трэйси подошла ближе. Ее руки, случайное прикосновение ее волос делали окружающий мир все более эфемерным. Не осталось ничего прочного или твердого. Ему было не за что ухватиться.
— Отпусти меня, — говорил Сет, а его ноги продолжали двигаться. — Трэйси, мне действительно нужно идти.
— Зачем? — спросила она, широко раскрыв глаза.
Но ее взгляд только казался невинным. Летние девы не отличались наивностью или беспечностью. Они были фривольными? Склонными к беспричинному веселью? Любвеобильными? Все это так, но у них имелись собственные планы. Они веками ждали новую королеву, веками видели, как их король сражается за власть. А без планов, без своей стратегии им не прожить. А еще, конечно, летние девы виртуозно умели использовать чувства людей для поддержки своих иллюзий.
— Трэйси, мне плохо. Мне нужно о многом подумать, — сказал Сет, вырываясь из ее объятий.