Уроды.
Не то чтобы это имело значение. Боже, у нас с Кэмом нет будущего, в каком смысле этого слова ни посмотри. Даже если Безликие нас не уничтожат, долго мы вместе не протянем. Потому что он лейтенант, а я рядовой. Потому что его пошлют обратно на Восьмой или домой.
И даже если Безликие не убьют всех нас, Кай-Рен все равно разорвет нашу связь. Поможет Кэму и наверняка положит этим конец тому, что было между нами. Кэм, возможно, вернется к Крису, а я снова начну разглядывать в журналах девчонок с большими сиськами, и мы оба станем притворяться, что это ничего не значило.
У нас было ровно столько времени, сколько даст нам Кай-Рен. А все остальное неважно. Когда судьба столь неизбежна, с ней нет смысла бороться. Это даже рождало какое-то ощущение свободы.
Кэм потянулся и снова взял меня за руку, наши пальцы переплелись.
Док молча посмотрел на нас.
— Расскажи-ка, как это, когда он у тебя в голове, Брэйди?
Я на мгновение закрыл глаза, потом открыл и уставился в окно. Странно, но чернота больше меня не пугала. Может, оттого что Кэм так любил ее? Или оттого что теперь мне не было так одиноко?
— Часто я просто ловлю его ощущения, — пояснил я. — Как флюиды. Или подсознание. Но иногда я слышу голос, сознательный отклик, просто он думает, а не говорит вслух.
«Как сейчас?» — улыбнулся мне Кэм.
— Умник, — пробурчал я. — Простите, Док.
Тот лишь пожал плечами.
— Так что да, — кивнул я, пытаясь сформулировать для Дока то, что сам до конца не понимал. — Я чувствую его физические и эмоциональные реакции, и еще мы видим общие сны. В его снах я это он. Нет никакого переключения, никакого эхо, просто я это он.
— И работает это в обе стороны, — вставил Кэм. — Мне снилась твоя семья.
Мы оба подумали о Люси — нам обоим ее не хватало.
— И чем вы ближе, тем сильнее связь? — подытожил Док.
Я покраснел.
— Я разговаривал с коммандером Леонски, — сказал Док, повернувшись к Кэму. — Это так Безликие с вами общались?
— Да, — ответил Кэм.
Ему все еще было стыдно за это. У меня тоже свело живот. Но теперь я знал, что он стыдится не того, что случилось. Он стыдится только того, как теперь смотрят на него другие. Он не хотел их жалости или презрения. Ему это было не нужно.
Док был не из таких.
— Ну хорошо, — наконец произнес он. — Хорошо, если все действительно так. Но больше ничего от меня не скрывать, ясно?
— Да, сэр, — сказал Кэм.
Я кивнул:
— Хорошо, Док.
Тот хмуро поглядел на меня, а потом погладил меня по голове большой ладонью.
— Будь осторожен, сынок.
Интересно, Кэм ощутил, как переполнилось от чувств мое сердце, когда Док это сделал? Хотя само собой ощутил. Моя жалкая жизнь была для него как открытая книга.
Док собрал инструменты.
— Пойдемте, мальчики. Я отведу вас на ужин.
Я выпрямился.
— Ужин?
Офицерская столовая выглядела точь-в-точь как наша: ряды стальных столов и стульев и длинная очередь за едой. Я даже как-то расстроился, пока не добрался до окошка выдачи. Потому что еда была хороша. Сегодня подавали котлеты по-киевски. По крайней мере так было написано мелом на доске. Я знаю только, что смотрелось здорово, а пахло еще лучше. Док расхохотался, когда я поднял поднос к лицу, чтобы вдохнуть запах.
«Побирушка». — Кэм улыбнулся. Улыбка была нервная. Мы привлекали немало косых взглядов. Я — потому что был рядовым, а Кэм — потому что никто не знал, что он такое и чего от него ждать.
На Кэме была форма, которую прислали из штаба этим утром. С нашивками пилота Ястреба, значком «Щит-8» на плече, лейтенантскими шевронами и его фамилией на переднем кармане. Я уловил его настороженную гордость, когда он одевался, он словно радовался тому, что наконец надевает на себя правильную форму, и боялся, что ее снова отнимут.
К нему относились почти как к офицеру, а не к предателю. Единственное, что выделяло его теперь, это слабый загар и волосы. Никто так и не сказал ему подстричься, а сам он инициативу не проявил. Может, ждал приказа, чтобы убедиться, что его на самом деле считают своим.
Что было далеко от правды. Любой это видел. Когда мы проходили мимо, все разговоры умолкали, а за спиной слышался встревоженный шепот.
Мы сели за стол с Доком, капитаном Локом и каким-то незнакомым парнем в очках. Значок на форме свидетельствовал, что он из отдела материально-технического снабжения. Вполне возможно, что это его мне нужно было благодарить за котлеты. Он читал какой-то затертый роман и, казалось, находился за миллион миль отсюда, что вызвало у меня острый приступ зависти.