Крис открыл рот, чтобы что-то сказать, но, видимо, Кэм попал в точку, потому что он так и не издал ни звука. Покачав головой, он беспомощно посмотрел на Кэма, а потом крутанулся на пятках и вышел из комнаты.
Двери сомкнулись за его спиной.
Кэм спрятал лицо в ладонях.
Я придвинулся ближе.
— Кэм? Ты в порядке?
— Со мной все нормально, — откровенно соврал он, вздохнул и выпрямился. — То есть будет нормально.
— Тебе не нужно было говорить ему все это, — настороженно начал я.
Кэм хмуро взглянул на меня:
— Конечно, нужно.
Я сплел свои пальцы с его.
— Но он же хороший парень. И, ты ведь…
— Что? — спросил Кэм и, прищурившись, внимательно на меня уставился. — Что?
Я пожал плечами, пытаясь изобразить равнодушие.
— Ты ведь любишь его.
На мгновение Кэм явно растерялся, а потом его брови взлетели вверх и исчезли под растрепанной челкой.
— Люблю его?
Я залился краской.
— Ты не можешь лгать мне, ЭлТи. Не пытайся, пожалуйста.
Кэм поймал мою вторую руку.
— Нет, Брэйди. Я любил его четыре года назад. Четыре года назад он был хорошим парнем. Но это были долгие четыре года.
У меня загорелись щеки.
— Но ты же постоянно видишь его во сне.
Кэм криво улыбнулся:
— Брэйди, секс у нас был классный! Конечно, он мне снится! И я действительно любил его, но мы расстались еще до того, как меня схватили. За несколько месяцев.
— Правда? — Мое сердце пропустило удар. Я наморщил нос. «Правда?»
— Да. Он перевелся на Защитник-1, чтобы получить место в разведке. А я хотел остаться на Восьмом и продолжить летать. Несколько воспоминаний и снов не дают полной картины.
Мне понадобилось время, чтобы сообразить.
— Так ты не хочешь Криса?
Сердце застучало быстрее. У нас оставалось несколько дней, но Крис выпал из уравнения. И этого достаточно. Мне хватило. Я бы согласился на все, что бы Кэм мне ни предложил.
— Может, ты не такой и умный, — заметил он, наклонился и мазнул губами по моим губам. — По-моему, очевидно, что я хочу кое-кого другого.
— И кого же?
— Ты его не знаешь, — ответил Кэм, трогая губами мое горло. — Так, один языкастый медик, любитель сквернословить и показывать характер.
— Вот как? — Я отодвинулся и заглянул ему в глаза.
— Ага, — тихо отозвался он. — Ты ничего им не сказал, Брэйди. Спасибо.
«За то, что я предатель?»
— Ты поступил правильно. Если они решат, что мы можем бороться, если попытаются, нам всем конец. Понимаешь?
«Да. Нет. Не знаю, мать твою».
— Я не хочу, чтобы кто-нибудь погиб, — сказал Кэм. — Не хочу, чтобы все это оказалось напрасно.
— Они считают тебя предателем. — Я закусил губу. — И Крис тоже.
— Это не имеет значения, — отмахнулся Кэм, хотя мы оба почувствовали его горечь. — Не имеет значения, что думают другие, главное, чтобы коммандер Леонски подписал мирный договор.
— А что я думаю, имеет значение?
— Да. — Улыбка Кэма померкла. — Имеет. Ты имеешь значение.
Я сжал его пальцы:
— Да, конечно.
Кэм поднял свободную руку и провел кончиками пальцев по моему подбородку. От его пристального взгляда внутри у меня все оборвалось.
«Ты мое сердце, Брэйди».
Глава четырнадцать
В некотором роде я был счастлив, наверное, ну, или по крайней мере как можно ближе к этому чувству, чем за все время в космосе. Странное ощущение. Вряд ли оно со мной надолго, конечно — ведь скоро здесь будет Кай-Рен, — но знать это было почти облегчением. Не нужно ждать подвоха, потому что тебе и так известно, что все произойдет со дня на день. У нас с Кэмом не было будущего, ни у кого его не было, зато у нас было здесь и сейчас. И не нужно обмирать, затаив дыхание. Я мог провести остаток жизни, питаясь офицерской едой, валяясь в настоящей постели и дожидаясь конца света.
Мы с Кэмом лежали лицом к лицу. Он протянул руку и коснулся моей щеки.
— Долгое время мне было страшно, а потом одиноко.
Несколько дней назад я бы мысленно завопил, чтобы он заткнулся. Но не теперь. Если Кэм хотел мне рассказать, то я хотел его выслушать.
— Было так тяжело. — Его голос опустился до шепота. — Я бы сделал что угодно, просто чтобы поговорить с другим человеком. Чтобы дотронуться до него.
Тогда он и научился запирать свои воспоминания. Сейчас они выскальзывали за сооруженные им стены крохотными цветными вспышками: родители, дом с задним двором и дорожкой, спускавшейся к каналу, весь в гирляндах и полный людей. Кузены, кузины, дяди, тети. Друзья и соседи.