Док открыл шкаф и вытащил еще один костюм.
— Ты здесь на случай, если он выживет, Брэйди.
— Что?
Док блеснул потемневшими от никотина зубами.
— Ты, Гаррет, неплохо ухаживаешь за больными, и ты из β-14, как и он.
— Это большой район, Док, — сказал я, нахмурившись, когда он сунул костюм мне.
В β-14 проживало шесть миллионов людей, и нас точно нельзя было назвать равными. Но Док просто хотел, чтобы Камерон Раштон услышал знакомый акцент, если выживет, а сиделка из меня и правда неплохая.
Я натянул костюм поверх формы и проверил защелки. Док перепроверил их еще раз.
Я не представлял, что именно должен буду делать, но мне хотелось увидеть, выживет ли Камерон Раштон — по правде говоря, я не знал, как объяснить, почему не могу подождать снаружи, как все остальные, но мне всегда нравилось быть по возможности полезным.
Поэтому, держась за спинами врачей, я стал выкладывать инструменты на тележку.
— Пульс есть? — спросил Док — его голос из-за шлема звучал приглушенно.
Лейтенант Вагнер прижал к пузырю стотескоп.
— Чтоб я знал.
Я не слышал, что сказал капитан Лок, но он потянулся за скальпелем и приставил его к оболочке. На мгновение все мы замерли. А потом Лок надавил на лезвие, и все полетело к чертям.
Пол внезапно оказался залит какой-то дрянью. Капитан Лок, на которого пришлась первая волна, отлетел к стене, сжимая скальпель в руке, словно Экскалибур. Лейтенант Вагнер пытался встать — он чуть не свалился прямо в стазисную капсулу. А Док крикнул:
— Дефибриллятор. Неси гребаный дефибриллятор!
Попытавшись стронуться с места, я наткнулся на тележку и сбил на пол поднос с инструментами. Ауч.
Не знаю, как Камерона Раштона, такого худого и бледного, не вымыло из панциря и почему он не оказался на полу рядышком с капитаном Локом, но… не оказался. Когда я, буксуя и доставая по пути дефибриллятор из чехла, подобрался к Доку, то увидел, что Камерон Раштон неподвижно лежит в мелкой белесой лужице.
Док вырвал у меня дефибриллятор, но из-за этой клейкой фигни электроды никак не лепились на грудь Камерона Раштона.
Я обхватил его запястье и, сосредоточившись, немного подержал.
— Пульса нет.
Да и был ли он вообще? Может, то, что его рука двигалась — это был какой-то трюк Безликих, чтобы заставить нас открыть капсулу?
Я посмотрел на его бледное, узкое лицо и лежавшие на щеках длинные темные ресницы. Он выглядел худее, чем на записи с говнолета, но вряд ли старше. Хотя трудно, конечно, разобрать сквозь всю слизь, облепившую его, словно эктоплазма.
— К черту, — наконец выругался Док, оставив дефибриллятор в покое.
Слизь капала на пол. Я опустил глаза и только сейчас увидел большую неровную дыру на своем костюме. И кровь. Видимо, налетев на тележку, я и скальпель зацепил.
У меня застыла в жилах кровь. В ушах зазвенело.
— Док, — позвал я, и что-то в моем голосе, наверное, привлекло его внимание.
Он повернул голову и проследил за моим взглядом. Его глаза за стеклом шлема расширились.
— Господи, Брэйди.
Сердце громко бухало — я пытался не обращать на него внимания. Если Безликие превратили тело Камерона Раштона в биологическое оружие, то я узнаю об этом первым, но сейчас уже слишком поздно что-то предпринимать. А потом я посмотрел на тело, лежавшее в том, что осталось от стазисной капсулы, и вспомнил, что я батарейка.
Назвался груздем…
Я снял перчатку. Пальцы тут же замерзли, но я потянулся к его груди. Кожа Камерона Раштона была гладкой и все еще теплой из-за капсулы, но сердце не билось. Я прижал ладонь к его ребрам — как Док учил меня при искусственном дыхании. Основание ладони скользнуло по слизи, но я удержал ее на месте и, расставив пальцы, накрыл его сердце.
Не знаю, чего я ожидал. Может, серебристых светящихся буковок, тянущихся от его ребер к бедру? Удара током? Но ничего не происходило. Я разозлился — разозлился, потому что порвал костюм, потому что порезался и потому что сунул руку без перчатки прямо в эту Безликую слизь, и все зря. Я не собирался сдаваться. Он еще теплый. Может, он вовсе и не был мертв, по крайней мере пока капитан Лок не вскрыл пузырь. Если он еще теплый, то есть шанс, что его можно реанимировать.
Я прижал к его груди вторую руку и в этот момент ощутил его — тихий удар. У меня перехватило дыхание. Я хотел сказать Доку, что пульс есть, но не мог выдавить ни звука. И тут глаза Камерона Раштона приоткрылись, испуганно расширились, и он начал задыхаться.
— Вытаскивай его! Вытаскивай! — заорал Док.
Казалось, тот ничего не весит. Втроем — Лок все еще тщился подняться — мы вытащили Камерона Раштона из капсулы. Это было непросто, но мы все же уложили его на пол. Слабо подрагивая, он перекатился на бок, а потом Док придерживал его голову, пока того рвало.