Она видела, что крышка плотно лежит на колодце.
Через какое-то время Симона почувствовала, что она как будто бы сама падает в глубокий, отзывающийся эхом тоннель. Она почувствовала, будто она — это Соня и падает, падает в темноту, как Алиса в кроличью нору или как дети, падающие в один из миров Нарнии. Она услышала голос, который казался ее собственным голосом:
— Но мы отодвинули крышку. Я помню, мы отодвинули ее. Она не должна была оказаться на своем месте, вот так… Я не смогла бы задвинуть ее.
— Это не важно. Но, похоже, теперь у нас есть выбор. Мы можем вернуться домой и поужинать.
— Но тогда мы никогда не узнаем…
— Да, или, — сказала Мел, — мы можем все исследовать и во всем разобраться.
Она посмотрела на Симону так, как будто ждала, чтобы та приняла решение. В тусклом свете лицо ее было бледным, и глаза казались черными впадинами, и Симона вдруг вспомнила, как Соня в точности так же смотрела, вглядывалась в тьму колодца, и потом сказала, что если кто-то упадет вниз, то никогда уже не выберется оттуда. Лежит ли Соня там внизу, в темноте?
— Раз уж мы здесь, то нам нужно заглянуть внутрь. Чтобы полностью убедиться.
— Пусть так. Иначе ты никогда не сможешь избавиться от воспоминаний и предположений, да и я тоже. Дай я сама. Ты лучше посвети мне.
Она уже пересекла комнату и навела свой фонарь прямо на колодец. Помедлив мгновение, Симона последовала за ней и направила свет вниз.
— Хорошо, — сказала мама, наклонившись, чтобы сдвинуть крышку. — Господи, Сим, теперь-то я понимаю, что мне в прошлом году исполнилось сорок; эта штука дьявольски тяжелая.
Симона опять вспомнила Соню, пробирающуюся через комнату своей хромающей походкой, царапающую края крышки и говорящую нетерпеливо, что они должны тянуть крышку на себя… И то, как она сказала, что людей нужно наказывать, и дети Мортмэйна так и делали…
Крышка сдвинулась довольно легко, хотя опять раздался скрежет ржавого железа, который эхом отозвался в съежившейся в углу печи. Симона боязливо оглянулась на нее, а затем повернулась обратно в сторону колодца.
— Дай мне большой фонарь, Сим, спасибо. Колодцы становятся ужасно противными, когда их забрасывают на долгие, долгие годы, но этот был во внутреннем дворе, и повар посылал кухарок за водой, чтобы помыть посуду — Она светила фонарем прямо в глубину, и сердце Симоны задрожало от страха. Что там? Есть там тело Сони или нет?
Мел сказала:
— Сим, дорогая, там абсолютно ничего нет, не считая небольших луж и мусора. — Она протянула руку — Подойди, посмотри сама.
Через мгновение Симона подошла и заглянула за черный край в пустую тьму.
Так. Так, хотя Соня была в действительности — она была кровной сестрой Симоны, той Соней, чей голос звучал в ее голове все эти годы, и той Соней, что вела Симону сквозь призрачный мрак Мортмэйна, — той Сони не могло быть в реальности.
Соня была призраком, эхом в голове Симоны, эхом близнеца, и если нужно доказательство жизни после смерти, то Симона обрела это доказательство. Соня умерла много лет назад — мама ясно сказала об этом, — но весьма загадочным способом она нашла ее, свою кровную сестру, с которой была соединена при рождении. Она была так рассержена и возмущена, что должна умереть еще совсем маленькой, что не исчезла полностью, а зацепилась за ее жизнь и продолжала жить в Симоне. Так считает мама, может быть, так оно и есть? Это объясняет многое, но кое-что остается непонятным. Не понятна ее связь и с Мортмэйном, и все это «я знаю, что есть и что было». Не понятно также, почему Соня жила в Мортмэйне все эти годы.
Они достали пленку, чтобы проявить ее назавтра, и, когда фотографии были готовы, мама сказала, что они в самом деле очень хороши. Мама посоветовала Симоне вставить их в специальный альбом и сохранить негативы; когда-нибудь она порадуется, что сделала так.
Казалось, что Мортмэйн перестал быть таким страшным после того, как Симона разложила фотографии в специально купленном альбоме и поставила дату внизу своим каллиграфическим почерком.
Беда была в том, что Мортмэйн навсегда останется местом мрака для Симоны, местом, навсегда связанным с Соней. И хотя колодец был пуст, она так и не поняла, была ли Соня реальным человеком или лишь призраком.
Глава 19