Кровными родственниками.
— Ты должна мне поверить, — взмолилась Селеста. — Я пыталась спасти Серену. Я всегда пытаюсь спасти всех, но это не всегда получается.
Её голос понизился до хриплого шёпота, и всё её тело задрожало. Я посмотрела на неё, посмотрела по-настоящему, заглянув за магический блеск в её глазах.
Её мучительное сожаление обрушилось на меня, заставив моё сердце болеть. Мой желудок сжался, а ледяной холод проник в каждую частичку тела. Эмоции были настолько сильными, что я отшатнулась назад, схватилась за грудь и начала хватать ртом воздух, в попытке хотя бы на мгновение избавиться от этого чувства. Но Селеста… она не могла от него скрыться. Она чувствовала это весь день, каждый день. Как она могла с этим жить?
Селеста опустила взгляд.
— Я действительно пыталась спасти Серену.
— Я… я вам верю, — прохрипела я. Постепенно ужасные эмоции исчезли, и я снова смогла нормально дышать.
— В этом пункте ты тоже должна поверить мне. Ты должна позволить Деи победить в турнире. Это единственный способ спасти вас обоих… кости и клинки… кости и клинки… кости и клинки…
Она схватила меня за руки и посмотрела в глаза, но её взгляд был туманным и далёким, и я не была уверена, на самом ли деле она видит меня. Она продолжала бормотать одни и те же слова, снова и снова. Я задавалась вопросом, что это за пророчество или видение будущего. Каким бы оно ни было, Селеста была убеждена в том, что это будущее может убить Дею или нас обоих.
И я начала ей верить.
Тем временем люди начали на нас пялиться и перешёптываться, поэтому я высвободила руки из рук Селесты и сдала шаг назад. Она снова хотела схватить меня за руку, всё ещё бормоча о костях и клинках, но я отступила ещё дальше, чтобы она не смогла до меня дотянуться, и отвела взгляд. Я не хотела знать, что она чувствует. Не сейчас.
Наконец, она, похоже, пришла в себя и снова грустно посмотрела на меня.
— Надеюсь, ты мне веришь, — прошептала Селеста. — И надеюсь, ты поступишь правильно ради нас всех. Или можно считать, что Виктор уже победил.
Затем она развернулась и ушла, больше не сказав ни слова.
Я встала в тень палатки Синклеров и глубоко вздохнула, пытаясь выбросить из головы все вопросы и переживания и успокоиться. Проще сказать, чем сделать.
Когда я почувствовала себя более-менее спокойно, я вернулась к забору, где всё ещё стояли мои друзья. Феликс, Поппи и Оскар пожелали мне удачи, затем отвернулись, чтобы поговорить с другими людьми, которые подошли к нам. Но Девон остался рядом со мной. Он коснулся моего плеча и отвел на несколько шагов в сторону.
— Что случилось? — спросил он.
Я покачала головой.
— Я встретила на ярмарочной площади Селесту. Она… говорила странные вещи.
— Какие, например?
Я поведала ему обо всём, что она сказала, за исключением того, что она объявила себя моей тётей и просила отказаться от победы на турнире, чтобы Виктор не наказал Дею за поражение.
Чем дольше я говорила, тем сильнее хмурился Девон.
— Кости и клинки — это тоже самое предупреждение, которое она уже давала тебе на кладбище Драконисов. Как думаешь, что оно значит?
— Понятия не имею. И если честно, думаю, даже не хочу этого знать. Мне нужно сосредоточиться на поединке, а не отвлекаться на Селесту и её пророчества.
Девон снова коснулся моего плеча.
— Тогда не отвлекайся, просто не думай о нём. В течение следующих пяти или десяти минут, или так долго, как будет длиться поединок, ты просто должна думать о том, как победить. Я бы пожелал тебе удачи, но она тебе не нужна. И независимо от того, что произойдёт на поле… хочу сказать, как я рад, что ты часть семьи Синклеров. Что ты часть моей жизни.
У меня от удивления отвисла челюсть. Девон улыбнулся, но старался не смотреть мне в глаза, как будто не хотел, чтобы я отвлекалась на его чувства. Как же. Как будто это сработает. Он открыл рот, чтобы сказать что-то ещё, но в этот момент Феликс задал ему вопрос, и Девон отвернулся, чтобы ответить.
Я обхватила рукоятку меча моей мамы, вытащила его из ножен и подняла, чтобы взглянуть на звёзды, вырезанные на рукоятке и устремляющиеся по лезвию вниз. Интересно, о чём в то время думала моя мама за несколько минут до решающего момента: победы или проигрыша турнира. Что она чувствовала. И каково это было, когда она, в конце концов, победила. Когда она показала себя лучшим бойцом.
Я покрутила меч мамы в руке, как делала уже много раз прежде и как делала она много раз до меня. Я перебросила клинок из одной руки в другую и обратно, чтобы очистить свой разум для предстоящей битвы.