Поэтому я отвернулась и посмотрела на ложу Синклеров. Девон, Феликс, Клаудия, Анджело, Реджинальд и Мо — все сидели там наверху. Оскар носился быстрее, чем когда-либо прежде над их головами. Они все смотрели на меня, улыбались, хлопали, держали вверх большой палец, но я сосредоточилась на Девоне. Наши взгляды встретились, и его тёплая гордость заполнила меня с ног до головы. Буду я победителем или проиграю, были ли мы друзьями или чем-то большим, он всегда будет рядом, чтобы поддержать меня.
Это открытие разрушило остатки стены, защищавшей моё сердце, позволив всем чувствам, которые я испытывала к Девону, наполнить моё тело. Я просто стояла там, и эмоции нахлынули на меня. Тёплое счастье. Абсолютная уверенность. И горячий, головокружительный порыв, окрыливший моё сердце. Но на этот раз это были не чужие эмоции, они принадлежали мне.
В очередной раз Девон проскользнул через все мои защитные барьеры, даже не предпринимая шагов в этом направлении. Просто потому, что он был славным малым, и не мог поступать иначе. Слово за словом, улыбка за улыбкой, забота за заботой — Девон пробил твёрдую скорлупу, которая окружала моё сердце с тех пор, как умерла мама. Я хотела сказать ему об этом и многом другом.
Но сейчас было не время для меня и Девона, поэтому я отвела взгляд и снова сосредоточилась на Деи.
— Удачи, — тихо сказала она. — Пусть победит лучший.
— Да, — ответила я, крепче сжимая меч. — Тебе тоже.
Судья поднял руку и опустил.
Мы с Деей подняли оружие и атаковали друг друга.
Наши мечи встретились, и лязг был таким громким, что пронёсся по всему стадиону. Речь шла не только о двух людях, сражающихся друг с другом за победу в соревнованиях. Мы также были представителями наших двух семей, став символом вражды, которая уже тлела много лет между Синклерами и Драконисами.
Мы с Деей стояли посереди каменного кольца, скрестив мечи. Каждая пыталась отбросить другую назад, и ни одна из нас не добилась успеха. Ни у одной из нас не было таланта скорости или силы, поэтому мы были равными противниками. Мне придётся бороться с ней, используя трюки и мастерство, как и с Девоном.
Но я не возражала.
Наконец мы оба отступили, разняв мечи, и начали обходить друг друга. Затем снова прыгнули вперёд, размахивая мечами, туда-сюда, туда-сюда, найдя ритм поединка, как будто мы оба танцевали этот танец уже тысячу раз.
Всё это время толпа зрителей сходила с ума. Люди ликовали, хлопали, кричали и ревели при каждом движении, которые делали мы с Деей, при каждом лязге наших мечей и каждом глухом стуке наших ног по мятой траве. Это был последний поединок турнира, и они хотели увидеть хорошее шоу. Что ж, я планировала не оставить их в накладе, прежде чем одержу победу над Деей.
Но чем дольше мы сражались, тем ярче сияли голубые глаза Деи и тем больше её шаги были похожи на… мои. То, как она держала меч, как двигалась, даже искривлённые в рычание губы — всё это было похоже на моё зеркальное отражение. И тогда я поняла, что она использует свою магию подражания.
Её тело излучало холодную силу магии, и моя собственная впитывающая магия слабо шевельнулась в ответ. Но если она не использует свою силу на мне каким-нибудь осязаемым образом — ударит, заставит споткнуться, да что угодно — я не смогу впитать её магию и использовать против неё. Я не смогу воспользоваться её магией, чтобы сделать себя сильнее. Такое случалось со мной не в первый раз, но сейчас я расстроилась больше, чем когда-либо прежде. Поскольку если бы я была немного сильнее, то смогла бы победить её и выиграть состязание.
Поэтому поединок продолжался… и продолжался… и продолжался…
Поскольку в этот момент я, можно сказать, боролась сама с собой, я не могла победить. Но тоже самое касалось и Деи. Прошла минута, потом две, три, но бой так и оставался на равных. Постепенно мы начали задыхаться. При каждом ударе, который мы наносили, толпа ахала, поскольку думала, что это тот момент, когда одна из нас нанесла первую рану. Но я парировала её атаки, а она парировала мои, и поединок продолжал бушевать.
Но чем дольше мы сражались, тем больше я понимала, что у меня есть одно небольшое преимущество перед Деей. Может она и использовала свой талант, чтобы копировать каждое моё движение, но у неё не было моих способностей. У неё не было моей впитывающей магии и тем более, моего зрения души. Не имело значения, как работала её магия, она хоть и могла видеть, как я двигаюсь, как держу свой меч, как ставлю ноги и имитировать всё это, вплоть до моих суженных глаз и наклона головы.
Но она не могла заглянуть в меня, как могла я.