– И что же значили твои слова?
– Какие именно? – уточнил дракон, развалившись на стуле в ожидании интересного разговора. А собеседница ему, как он сам считал, досталась отменная. Ему даже нравилось. – Я много что успел наболтать. Хотя мог бы так же много съесть.
Окинув заинтересованным взглядом тарелки с фруктами и различными нарезками, мужчина все же посмотрел на жену, решив отложить продолжение завтрака и подарить той должное внимание. Девушка вся сжалась под откровенно насмешливым взглядом с приподнятой левой бровью в якобы вопросительном жесте.
Эксетра вновь сглотнула и… закашлялась, подавившись воздухом. Малис поинтересовался деланно взволнованным сопереживающим тоном, все ли хорошо. На что императрица лишь кивнула, опустив глаза в стол и разглядывая свое отражение в зеленоватой жидкости. А странный все же чай ей попался.
– Я про те, которые ты прошептал мне в… У окна. – Дракон кивнул, давая понять, что теперь-то понял, о чем говорит девушка, и выпил половину содержимого своей чашки. – Что значат те твои слова?
– Сети, – протянул Малис, отставив фарфоровую посудину на блюдце и скрестив руки на груди, – ты моя жена. Неужели, моя дорогая, ты не в курсе, что делают супруги под покровом ночи? Я вполне могу на правах мужа тебя убедить, что…
– Но у нас же договор! – воскликнула Эксетра, как-то испуганно взглянув на руки мужа. Выше глаза поднимать просто не решалась. Где это видано, чтобы темная половина ассигнара, бесчувственная «машина для убийств», как гласили легенды, чего-то или кого-то боялась? Эксетра понимала, что сдает позиции. Не понимала только почему, но сделать ничего не могла. Просто не знала, что. Ощущала себя перед драконом маленькой беззащитной девочкой.
– По-твоему, договорной брак – это союз без последствий? – насмешливо протянул император, окидывая жену внимательным взглядом. – Откуда же тогда у практически всех благородных семей есть наследники, Сети?
Наследник? О, он уже на подходе, просто Малис об этом пока не знает. Или знает, но не подает вида. Как-никак перед девушкой сейчас восседал чистокровный дракон. Такой может не только зарождающуюся жизнь в утробе матери учуять, но и имя отца узнать. По запаху. Но Эксетра об этом даже не вспомнила, напряженно переведя взгляд на картины, что украшали голубые стены.
Она уже чувствовала, что эта столовая после беседы с мужем станет главным местом, которое императрица будет избегать всеми правдами и неправдами. Сделает своей зоной отчуждения. Скользя по множеству морских пейзажей взглядом, она сжала ткань шелковой легкой юбки в ладони.
– Так чего ты хочешь, Малис? – тихо спросила Эксетра, возвращаясь к забытому разговору.
Мужчина усмехнулся переводу темы, но решил пожалеть сидящую перед ним девушку и больше не обсуждать брачную ночную жизнь.
На пару мгновений он задумался. А действительно, чего он хочет? У него уже есть все, что можно было бы пожелать: собственная империя, симпатичная молодая жена, множество подчиненных и власть. Власть, к которой так стремился дракон. Что же еще? Задумчиво блуждая взглядом по телу жены, он задержался на животе, скрытом светлым корсетом. Ничем не выдав своего удивления, Малис незаметно втянул носом запахи, витающие в столовой, и вычленил из множества один, его заинтересовавший.
Взглянув на жену, мужчина отчетливо понял, чего хотела она.
– Даже не знаю, чего такого интересного с тебя стребовать, – насмешливо протянул Малис, расслабленно откинувшись на спинку стула и вытянув под столом ноги. Эксетра вздрогнула от раздавшегося голоса и подняла глаза на мужа. Мужчина в них разглядел ожидание, надежду и… страх. Его-то он явно не ожидал увидеть, поэтому решил перестать играть с девушкой, словно кот с мышкой. – Хотя нет, знаю. Я признаю твоего ребенка своим, – в черных глазах остался только страх. Даже не страх, а всепоглощающий ужас. Как понял? Кто рассказал? Неужели, Кендра предала? – а ты – объявляешь войну.
– Что? – прошептала Эксетра, непонимающе разглядывая мужа.