– Когда-нибудь я побываю во всех мирах Каэллума, да, мама? – зевая, протянул мальчишка усталым и сонным голосом. В первый раз он сумел дослушать длинную колыбельную до самого конца, где фея возвращается к себе домой.
– Конечно, родной, – улыбнувшись, ответила Эксетра и, поцеловав сына в макушку, поправила одеяло.
Она поднялась с детской постели и осторожно подошла к тумбе, где стоял подсвечник. Прикрывая огонь ладонью, она вновь посмотрела на уснувшего Конрада и направилась к двери. Выйдя из покоев наследника, императрица пересекла недлинный коридор и, наконец, вернулась в свои комнаты.
Затушив свечу, она отставила ненужную вещь на тумбу в гостиной и скрылась в собственной спальне. Приняв заранее подготовленную ванну с успокаивающими маслами, Эксетра надела легкую ночную сорочку и приблизилась к трюмо. Сев на стульчик, она взяла заколдованный гребень и стала медленно водить им по волосам, прочесывая и высушивая прядь за прядью. Разглядывая свое отражение, она пыталась понять, что за буря надвигается на ее семью. Малис уехал несколько часов назад, и с того самого момента Эксетра не может перестать волноваться.
Отложив красивую и полезную безделушку, она окинула взглядом шкатулку с украшениями. Из-за усталости девушка решила на этот раз оставить кинжал именно в ней, а не доставать зачарованную коробочку для него. Стянув с пальца кольцо, Эксетра бросила его к другим украшениям. Поднимаясь, она взяла из приоткрытого ящика атласную тонкую ленту и перевязала ей волосы, направляясь к постели.
Стоило ее голове коснуться подушки, как императрица тут же забылась сном без сновидений. В спальне до сих пор витал тонкий аромат масел из купальни, которые помогли Эксетре уснуть еще глубже. Казалось, кто-то специально разлил флакон на ковре или одеяле, чтобы запах, похожий на ладан, не выветрился из комнаты и надолго осел на всей мебели, въелся в ткани.
Глава 30
Колдунья пробиралась по поглощенным темнотой коридорам. Единственным источником света был небольшой пульсар, напитанный магией императрицы. Именно он и вел сейчас женщину к ее цели. Мимо нее несколько раз прошли стражники. Но никто не видел ночную гостью дворца, скрывающуюся под мороком, сотканным из самой тьмы, которая сейчас так любезно прятала ее ото всех.
Пульсар замер на мгновение рядом с одной из дверей, после чего впитался в нее, снимая блокирующие чары и оставляя Дерианику в полной темноте. По ее лицу расплылась хищная улыбка.
Взявшись за изящную ручку, она легко смогла проникнуть в покои правящей. Осторожно прикрыв за собой дверь и стараясь не привлекать ненужного внимания, колдунья сняла с себя морок. Оглядев гостиную, она не воспылала интересом к обстановке, поэтому тут же двинулась к цели – спальне.
Проникнув в нужную комнату, перед этим задержав дыхание, Дера решила оставить дверь открытой. Она взмахом руки развеяла запах сонного заклинания и ухмыльнулась, глядя на спящую Эксетру и делая глоток свежего воздуха. Приблизившись к постели, она провела ногтем по ее щеке, оставляя кровавый след, который тут же затягивался. Столь быстрое восстановление злило колдунью, но она помнила, зачем пришла. За средством, которое оставит след на этой бледной коже навсегда. За средством, которое принесет смерть.
– Я не знаю, как тебя зовут, – произнесла Дерианика, обращаясь к темной ипостаси ассигнара. – Поэтому буду называть Кайли. Уж извини, мне так привычнее.
Ведьма хмыкнула и отошла от императрицы. Опустив взгляд на руки девушки, она не увидела ни на одном пальце тонкого сверкающего ободка. Чертыхнувшись, Дера обернулась и пристально осмотрела комнату.
– Куда ты его дела? – задала она вопрос в пустоту, направившись к шкафу с множеством коробочек и шкатулок.
Перерывая каждую, она начала злиться уже на третьей. Отбросив обратно на полку ненужный сундучок, колдунья сплела простенькое заклинание, вновь создавая пульсар. Продолжая зачитывать древние строки, она усложняла чары, придавая магическому сполоху образ человеческого силуэта. Как только Дерианика закончила, перед ней стояла эфемерная копия брюнетки, которая тут же направилась в ванную.
Заклинание повторяло все действия императрицы. Ведьма послушно следовала за силуэтом, пристально следя за рукой с кольцом.
Вот копия императрицы сушит волосы гребнем, откладывает его и, наконец-то, снимает кольцо. Задумчиво посмотрев на него, а после на дорого украшенную шкатулку, она бросила кольцо к остальным драгоценностям и захлопнула крышку, после чего направилась к постели. На полпути силуэт растаял, а магия вернулась к рыжеволосой ведьме.