– От нее отрекся покровитель, – хрипло прошептала Изольда, дрожащими руками убирая пряди с лица дочери. Ее бедная девочка…
Она провела кончиками пальцев по месту, где когда-то была звезда, не касаясь ожога. Астарот от нее отрекся. Но почему? Что произошло за каких-то пару часов? И кто виновен в состоянии Кай? Она сама или же непостоянный покровитель?
«К сожалению, слово бога – закон, Изольда, – раздался в голове женщины тихий, хрипловатый голос Астарота. – Я дал свое, и мне пришлось его сдержать. Она не умрет, об этом можешь не переживать. Она сильная».
– Порой даже слишком, – прошептала Изольда, глядя на дочь и не обращая внимания на слезы, что текли по щекам. – Как мне выдержать все это, Кай? За последние сутки я видела, как тебя проткнули насквозь мечом, как душили и… такую. За что мне все это, милая? А о скольком я не знаю?
Она сжала одной рукой ладонь Кайли, а другой – поглаживала девушку по голове. Одилия приблизилась к лекарю и поинтересовалась, почему ее племянница спит, если им сообщили, что она очнулась.
– Ваше величество, не тревожьтесь. У нее было сильное истощение, она и слова вымолвить не могла. Поэтому я принял решение погрузить ее в недолгий магический сон для восстановления сил.
Императрица кивнула и решила оставить свою сестру наедине с племянницей, но пообещала, что позже вернется, чтобы провести ритуал принятия. Он должен пройти именно сегодня, в первое полнолуние Кайли во дворце.
Как только двери за ними закрылись, женщина попросила Малиса сопроводить Аралиту к Каране. Она беспокоилась за девочку и не хотела отпускать ее одну так поздно.
– Конечно, – кивнул мужчина и последовал за юной фрейлиной.
***
Рыжеволосая женщина хлопотала над последней юбкой, аккуратно вышивая на шифоне изящный узор из золотых нитей и маленьких черных топазов. Сделав последний, завершающий стежок, Карана удовлетворенно улыбнулась, опустилась на колени перед манекеном и начала пришивать драгоценные камни по краю подола. Последний час она, как завороженная, делала любимую часть своей работы – создавала маленькие детали. Если создать само платье, его модель можно с помощью магии за пару взмахов руки, то украшение – это то, на что у Караны всегда уходило множество кропотливых часов, а то и дней.
Увлекшись, она не обратила внимания на вошедшего в лавку посетителя, и к нему сразу подбежала одна из ее помощниц. Женщина продолжала увлеченно нанизывать на нити сверкающие темные изумруды и лишь краем уха улавливала обрывки разговора в приемной с образцами нарядов. Красивый мужской голос был совершенно ей не знаком, но вот девичий, зазвучавший намного позже сразу вызвал теплые воспоминания. По лицу кутюрье расплылась счастливая улыбка, и она наконец-то отложила иглу.
– Здравствуй, Ари, – поприветствовала девочку Карана, вплывая в приемную. – Кто это с тобой?
Женщина цепким взглядом окинула молодого мужчину с чуть уставшими глазами.
– Добрый вечер, леди Туссэйнт! Это Малис Наэния.
– О, конечно! Я очень рада встрече с Вами, Ваше высочество. Ой, прошу прощения! Генерал Наэния. – Вновь посмотрев на блондинку, Карана непонимающе спросила: – А где же Кайли? Или платье будет примерять этот красавчик?
Малис усмехнулся:
– Она сейчас не очень хорошо себя чувствует, поэтому не смогла прийти. Сегодня утром произошел…инцидент. Кайли была вынуждена остаться во дворце.
Карана понятливо закивала и предложила посетителям посмотреть на почти законченное платье. Женщина по-настоящему гордилась этой работой. Оно было одновременно вычурным и простым, легким и с множеством юбок и украшений, делающим его тяжелым на вид. Карана уже не могла дождаться, когда наряд сможет примерить его хозяйка. Она проработала со своими девочками над ним всю ночь и день.
– Леди Туссэйнт, оно волшебное! – воскликнула Аралита и наклонилась к юбкам, чтобы рассмотреть замысловатые узоры поближе.
– Соглашусь, – твердо сказал Малис, улыбаясь уголками губ. – Платье превосходно. Вы настоящий мастер своего дела.
Карана чуть зарделась и с благодарностью приняла похвалу:
– Спасибо вам. Мне осталось совсем немного, – уверенно сказала женщина. – Всего лишь доделать подол. Вы можете подождать, это дело десяти минут.