И Брауэрд снова стал рассказывать. Сперва Пабло слушал его спокойно, но потом побледнел, и на его лице отразился ужас.
— Боже! Вы действительно сделаете это?! — воскликнул он, когда Боб закончил.
— Пока что у меня нет выбора. Я не хочу этого делать, но я должен сделать так, чтобы ваши люди не сделали то же самое с моими. Что вы предлагаете в качестве выхода?
— Я не знаю кода распознавания Деймоса. Несомненно, он изменился с тех пор, как я был там в последний раз. Но если я буду умолять, мой кузен, возможно, выслушает меня и позволит нам приземлиться. Однако он, вероятно, решит, что это уловка Советов.
— Даже если он примет вас и вашу историю, все будет не так просто, — сказал Брауэрд. — Я тоже должен остерегаться подвоха. Я не могу подвергать свою миссию опасности. Но мы дадим вашему кузену попробовать… сейчас…
Все было не так просто. Правда, в то же время и не так уж сложно, но для воплощения задуманного требовалось время. Боб изменил курс, чтобы увести корабль подальше, а затем снова ввести его в радарную тень спутника Марса, где марсианские детекторы не смогли бы его засечь. Тем не менее в течение долгого времени корабль с легкостью могли обнаружить. В любой момент пилот ожидал, что его аппаратура сообщит о наличии радаров или лазерных лучей, наведенных на корабль, или засечет вспышки, которые, должно быть, были ракетами или кораблями, поднимающимися с поверхности Марса. Брауэрд не ожидал увидеть ничего исходящего от самого Деймоса, потому что Куирога сказал ему, что спутник сильно пострадал от нападения. Во-первых, на нем взорвались советские ракеты, когда топоры начали свою атаку на Марс, и база на Деймосе израсходовала все собственные ракеты во время отражения этой атаки. Кроме того, его внешнее радиолокационное и лазерное оборудование было разрушено.
С планеты было привезено и установлено новое оборудование, но Говардс не дал Деймосу никаких ракет из-за нехватки. Затем южно-африканцы, оказавшиеся в ловушке вблизи этого сектора, предприняли попытку высадки и штурма — первую в истории Марса атаку вооруженных людей за пределами кораблей. И хотя южно-африканцы были убиты, им удалось проникнуть внутрь. Цена победы с помощью топоров была высока. Куирога не знал точно, но догадывался, что маленькая луна теперь используется скорее как аванпост, чем как что-либо другое. Он знал, что его двоюродный брат, Патрисио Салливан-и-Сааведра, пережил нападение и оставался комендантом — с того самого момента, как корабль, на котором служил Пабло, отправился в путь.
Выяснив у аргентинца, что на базе Деймоса все еще есть какое-то оборудование связи, Брауэрд приблизился к спутнику на расстояние двухсот километров. Было легко получить и поддерживать плотный контакт луча с Деймосом, Спутник всегда был обращен одной стороной к Марсу.
Никакого вызова с базы не последовало. Очевидно, топоры не хотели напрашиваться на атаку и притворялись мертвыми. Но на противоположной стороне Деймоса находился луч, посылающий сообщения на главную базу, Осорно, в районе Эос.
— Говорит Пабло Куирога, — начал передавать пленник Боба. — Комендант Сааведра! Патрисио Сааведра! Ради всего святого, ответь! Это Пабло Куирога, твой двоюродный брат!
Ответа не последовало, но Куирога продолжал слать сообщение. Прошло несколько минут, а затем чей-то голос произнес:
— Пабло? В чем дело? Что ты там делаешь? Что происходит?
— Я нахожусь в спасательной шлюпке, — сказал Куирога. — Я единственный выживший в битве с южноафриканским флотом. Мне нужно разрешение на посадку.
— Спасибо Деве Марии, что у нас больше нет оружия! — с явным облегчением произнес голос Сааведры. — Иначе мне пришлось бы выполнять приказ и стрелять в прилетевших, даже в своего кузена. То есть я должен стрелять в тех, кто не дал правильный код, а ты не мог этого сделать. Код был изменен.
— О’кей, — сказал Брауэрд. — Надевай свой скафандр.
Куирога оделся, и Боб опустил разведчика на посадочный круг. Этот круг был выложен камнем, но аргентинцы разгладили его и засыпали землей. Вокруг него возвышались разрушенные, изломанные острые руины, покрывавшие всю поверхность крошечного спутника. В основании одного из выступов находился металлический порт для входа персонала.
Внутренний люк разведчика открылся.
— Я буду ждать от тебя вестей, — сказал лунянин. — Но недолго.
Внутренний люк закрылся, внешний открылся. Боб задержался на несколько секунд, чтобы дать Куироге время уйти, прежде чем он взлетит. На обзорных пластинах он видел, как фигура человека в скафандре уменьшилась, а затем исчезла. Вскоре даже посадочный круг стал неразличим. Зубчатая и остроконечная поверхность стала гладкой, и Деймос превратился в маленькое веретено на фоне круглой сферы материнской планеты, окрашенной красный, серым и сине-зеленым оттенками.