Недалеко от порта, где он оставил двух аргентинцев, Брауэрд нажал кнопку активации. Люк открылся, и он шагнул внутрь. Куирога и Сааведра, одетые в военную форму, уже ждали его.
— Я счастлив, что вы вернулись, — сказал Патрисио. — Честно говоря, у меня были сомнения…
— Все ли готово к тому, чтобы мы могли взлететь? — спросил Боб.
Они зашагали по коридору, и Сааведра стал рассказывать:
— События развиваются даже лучше, чем я надеялся. Как будто кто-то помогает нам. Вскоре после вашего отлета мы получили сообщение из Осорно. Нам сказали, что приближается шлюпка с припасами — этого мы и ожидали. Но также оказалось, что мы должны отправить половину нашего персонала обратно на Марс, чтобы помочь ухаживать за больными или заменить тех, кто заболел. Так что нам не придется придумывать предлог, чтобы спуститься на Марс.
— Сработала ли моя идея заменить меня одним из ваших людей? — спросил Брауэрд.
Патрисио рассмеялся:
— Я послал своего двоюродного брата и специалиста по электронному обслуживанию в отдаленный сектор с приказом починить там кое-какое оборудование. Пабло вырубил своего напарника и запер его в комнате с едой и водой. А перед этим снял с бедняги униформу, идентификационные жетоны и карточки. Сейчас Пабло ждет в другой комнате. Но обмотает вам лицо бинтами.
Они прошли по нескольким коридорам, после чего Куирога и Брауэрд вошли в пустую казарму, а Патрисио продолжил свой путь. Здесь лунянин заменил свою одежду формой Хуана Педро Мэлори. Комендант был достаточно предусмотрителен, чтобы выбрать жертву таких же размеров, как у Боба, так что форма сидела на нем почти идеально.
— Тесновато в груди, — сказал Боб. — Но сойдет и так.
Куирога взял несколько бинтов. Брауэрд сел в кресло и позволил молодому человеку наложить ему повязку. Когда работа была закончена, лицо Боба было полностью закрыто, за исключением глаз.
— Предполагается, что вы попали в аварию во время ремонта оборудования, — объяснил Пабло.
— Вообще-то это была моя идея, — хмыкнул американец.
— Простите. Я так говорю от волнения. Это помогает. Но послушайте. Люди, которые пойдут с нами, будут заранее предупреждены о вас — то есть о Мэлори. Во время полета ложитесь и притворяйтесь больным. Если кто-нибудь спросит вас о чем-нибудь, просто стоните. Или можете что-нибудь пробормотать. Вы говорите по-испански понятно и бегло, но акцент выдаст в вас иностранца.
— А что будет, когда мы доберемся до Осорно? У нас не будет никаких проблем связаться с этим генералом Миером, о котором вы говорили?
— Надеюсь, что нет.
— На что ты надеешься? — поинтересовался вошедший в комнату Сааведра.
Куирога объяснил, о чем шла речь, и полковник кивнул:
— Это единственный человек, обладающий достаточной властью, чтобы помочь нам.
— Я тоже на это надеюсь, — сказал Брауэрд по-испански. — И могу также сказать вам, что у нас есть, — он взглянул на свои наручные часы, — двадцать четыре часа. Если мы не вернемся сюда к тому времени, то все мы будем мертвы в течение короткого времени после этого.
Сааведра подошел к Бобу и схватил его за запястье.
— Что вы делаете? — удивился тот и начал подниматься.
— Я не нападаю на вас, — ответил Патрисио. — Дайте мне свои часы. У нас тут нет ничего подобного. Вы же не хотите, чтобы кто-нибудь расспрашивал вас об этом, не так ли?
— Спасибо, что обратили на это внимание. Нет, я бы точно этого не хотел. Но разве вы не слышали, что я сказал?
— Да. Что вы имеете в виду? — ответил Сааведра.
— По истечении этого времени корабль автоматически покинет свое укрытие и приступит к выполнению своей миссии по доставке бомбы.
— Dios mio! Зачем вы это устроили?!
Брауэрд мрачно улыбнулся.
— Я многим обязан своим людям. Кроме того, мне нужна была страховка, чтобы вы выполнили свою часть сделки. Кстати, не посылайте людей искать мой корабль, пока нас не будет. Его приемники активны. Если кто-нибудь, кроме меня, приблизится к нему, он взлетит сам. И даже я тогда не смогу его найти.
— Я дал вам слово, — сухо произнес Патрисио.