…А затем он снова поднялся выше, и снаряды «Арчи» пролетели совсем близко от биплана. Впереди показался черный дым, а в левой части лобового стекла внезапно появилась большая рваная дыра. В то же время волосы Кларка тлели с правой стороны. Оглядевшись, он увидел, что находится к западу от второго шара, но приближается к нему по наклонной траектории. Из его защитных сооружений вырывались огненные черные клубы дыма, окружающие аэростат и похожие на стаю разваливающихся на части рыб.
Сэвидж слегка нажал на рычаг. Снаряды «Ак-Ак» уже не могли долететь до него, а вот ружейные и пулеметные пули вполне могли. Хуже всего было то, что в нескольких сотнях ярдов от него и в пятидесяти футах ниже справа виднелась толпа солдат, стрелявших из винтовок «Маузер» и пулеметов «Максим». Маслянистый дым, идущий от огня под капотом двигателя, окутал голову пилота. Юноша был наполовину ослеплен, и у него щипало в ноздрях! Он начал кашлять — сейчас это была самая опасная реакция. В то же самое время он почувствовал, как прохладный ветерок пробежал по правой стороне его лица. То жжение на голове, которое он ощутил чуть раньше, должно быть, было вызвано осколком шрапнели, пробившим подбитый мехом шлем летчика и разорвавшим кожу на его виске. Теперь по его липу текла кровь — сначала ее впитывал мех, но потом она стала вытекать из шлема и быстро испаряться на ветру.
Кларк посмотрел вниз. Языки пламени извивались, как окровавленные щупальца раненого осьминога в задней части фюзеляжа. «Ньюпорт» мог взорваться в любую секунду. И вот теперь — несмотря на дым от двигателя и масляную пленку на очках — он увидел новую опасность.
Сзади на него пикировали два «Пфальца». Через десять секунд они должны были начать стрелять в него. Он сдвинул очки на лоб: маслянистый осадок от дыма двигателя полностью затуманил их. Ему пришлось прищуриться. Его глаза горели!
Что-то выбило его правую ногу из положения, направляющего самолет вверх. А потом еще и его правое плечо внезапно обожгло! Край кабины был разорван в клочья.
То, что произошло после этого, с трудом просочилось в его сознание сквозь сумеречный экран. Он смутно сознавал, что левая сторона приборной панели взорвалась от пуль, выпущенных сзади. Сколько времени после этого он видел реку примерно в сорока футах под собой, летчик тоже запомнил плохо. Позже он все так же смутно припоминал, что возился с пряжкой своего аварийного ремня. А потом время перестало существовать для него…
ГЛАВА 2
Когда Сэвилж частично пришел в себя, он обнаружил, что ползет по грязной земле. Его лицо находилось всего в нескольких дюймах над ней. Грязь воняла давно протухшей рыбой и растворялась в пропитанной водой почве.
Внезапно в нескольких дюймах перед ним в грязи появился крошечный кратер. Кларк не очень хорошо слышал, но смутно понимал, что в него стреляют. Он продолжал ползти, чувствуя холодную влажную землю на своем правом колене там, где она пробивалась сквозь дыру в летном костюме. Его правая нога немного волочилась. Каким-то образом он выжил во время крушения самолета и доплыл в своей тяжелой одежде до берега реки.
Этот берег слегка поднимался вверх. Если бы Сэвиджу удалось добраться до его вершины и спуститься на другую сторону, он мог бы оказаться вне линии огня. Казалось, это длилось целую вечность. Тем временем впереди на грязи появлялись все новые кратеры. К тому моменту, когда летчик вскарабкался на вершину насыпи и откатился от нее, к нему почти полностью вернулась способность слышать. В него и в самом деле стреляли из винтовок!
Юноша повернулся и пополз — вернее, соскользнул — к куче спутанной бурой травы и грязи. Он видел ее только сбоку и одним глазом. Река в этом месте была около двухсот футов шириной. Это должна была быть Верзе — приток Ойзе.
Он, по-видимому, спустился около Нойона, который теперь удерживали немцы.
Треск выстрелов доносился с противоположного берега, где находились немецкие солдаты. Но потом он вдруг прекратился. На середине реки стояло три судна. Одним из них был буксир, который толкал дюжину открытых барж, груженных углем. У его лоцманской рубки не было крыши. Второе судно находилось выше по течению от буксира. Высокое и яростное пламя охватило его от носа до кормы, а его разбитый корпус выглядел так, словно это был патрульный катер. Когда взгляд Сэвиджа задержался на нем, в середине корабля что-то взорвалось, и его передняя секция погрузилась в воду. Через мгновение за ней последовала и кормовая секция. Третье судно было паровым патрульным катером под флагом кайзеровской империи. Его пулеметы были направлены в ту сторону, где Кларк перебрался через берег. Но теперь они молчали, хотя катер направлялся в его сторону.