Он также, мы можем быть уверены, хотел, чтобы капеллиане знали, где он находится. Только таким образом мог он удостовериться, что охотники не потеряли его след.
Почему из всех людей, стоящих на причале, Паспарту выбрал Фикса, чтобы спросить про путь к консульству? Это было не больше чем совпадение? С другой стороны, как Паспарту узнал, что Фикс — капеллиаин? Они не носили плакаты, удостоверяющие их идентичность.
У Паспарту, однако, было много опыта в общении с полицией. Как Фикс хвастался консулу, что он мог чуять вора по запаху, так и Паспарту мог чувствовать запах полицейского. У капеллиан, как и у их врагов эриданианцев, было много своих людей в полицейских управлениях. Они могли быть очень эффективны. Будучи юристами, они могли часто действовать вне закона безнаказанно, если они были осторожны. Таким образом, Паспарту, возможно, вычислил, что полицейский может быть капеллианином.
Более вероятно, что Паспарту опознал Фикса как детектива и подумал, что полицейский точно укажет дорогу. В любом случае Фикс направил его к зданию, которое было только двумястами шагами дальше. Так как британский флаг развевался над ним и были другие знаки, указывающие на его функцию, странно, что Паспарту вообще спрашивал дорогу. Так, в конце концов, он, возможно, просто проверял нервного мелкого капеллианина…
Фикс сообщил камердинеру, что, если паспорт должен был быть завизирован, его владелец обязан явиться лично. Паспарту возвратился на судно. Фикс сразу помчался к консулу. Он сказал, что полагает, что вор на борту «Монголии». Консул должен задержать Фогга, когда тот придет, чтобы проставить визу. Нужно задержать его на время, чтобы получить ордер для его ареста от Лондона с помощью телеграммы.
Это консул делать отказался. Если ордера нет, консул должен разрешить Фоггу продолжать свой путь.
Путешественник и слуга вскоре после того появились, и Фикс беспомощно наблюдал штамповку паспорта. Он решил следовать за Фоггом. А тот вернулся в каюту, чтобы позавтракать, а Паспарту дышал воздухом на причале. Француз с готовностью ответил на вопросы Фикса. Он рассказал ему, что, так как они уехали в большой спешке, он должен будет купить ботинки и рубашки в Суэце. Фикс предложил проводить Паспарту в магазин. Тот согласился с благодарностью. По пути француз сверялся со своими часами, чтобы удостовериться, что у него было достаточно времени, чтобы делать покупки и затем возвратиться к пароходу.
— У вас еще много времени! Сейчас — только двенадцать часов, — заметил Фикс.
Паспарту был изумлен. Его часы указывали только без восьми минут десять.
— Ваши часы отстают, — сказал Фикс.
Паспарту хмыкнул с недоверием. Его часы, он сказал, не отставали и на пять минут за год. Это была семейная реликвия, они первоначально принадлежали его прадеду. Он гордился этим хронометром. Но на самом деле хитроумный слуга показал эти часы сыщику намеренно. Было необходимо знать, подозревал ли капеллианин, что в часах скрыт дистортер. Фикс, однако, казался удивленным только отсутствием знаний о часовых поясах у Паспарту. Он сообщил ему, что его часы все еще показывают лондонское время. Которое отставало на два часа от времени Суэца. Ему надо отрегулировать свои часы и делать так каждый раз, когда он попадает в другую зону.
Паспарту повел себя так, как будто это предложение граничило с кощунством.
— Перевести часы? Никогда!
Фикс терпеливо, словно больному, объяснил:
— Согласуйтесь хотя бы с солнцем.
Ответ был типично галльским:
— Тем хуже для солнца. Солнце движется неправильно!
Фикс замолчал, потрясенный таким попранием законов природы. Придя в себя, он спросил:
— Вы внезапно уехали из Лондона?
— Думаю, да! В прошлую пятницу в восемь часов вечера господин Фогг пришел домой из своего клуба. Три четверти часа спустя мы умчались прочь!
— Но куда ваш хозяин направляется?
— Всегда прямо вперед. Он желает объехать весь мир!
Фикс был поражен. Или по крайней мере казалось, был поражен. Возможно, его начальники не уведомили его о пари.