— Вы полны решимости выполнить этот, если я могу сказать так, безумный проект?
— Да.
— Я буду сопровождать вас и этого человека, сэр?
— Конечно.
— Прошлый раз нам повезло, сэр. Но теперь…
— Мы должны узнать, что скрывается за всем этим!
Паспарту вздохнул, но не сказал «нет».
На стул положили оружие, которое забрали из карманов Немо. Имелся нож, который был привязан к его левой ноге, еще один покоился в ножнах на его правой ноге, один в ножнах на поясе сзади и маленький цилиндр, функцию которого Немо отказался объяснять. Паспарту, однако, знал, как использовать вещицу. Маленькая кнопка на его стороне, если нажать, очевидно, под давлением выбрасывала смертоносный заряд. Прицелившись в Немо, Паспарту сказал:
— Теперь, сэр, пожалуйста, просветите меня. Или я уничтожу вас.
У Паспарту не было намерения «стрелять», так как капеллианец мог бы предпочесть умереть, чтобы избежать допроса. Немо подозревал об этом, но не мог быть уверен. И он не собирался совершать самоубийство, если не окажется совсем уж в безнадежной ситуации.
— Это экспеллер, распылитель цианида, — сообщил он.
— Очень умно, — кивнул Паспарту. Он отдал экспеллер Ауде, на случай появления Фикса.
— Мисс Джеджибхой, вам следует перезагрузить дистортер на прием спустя минуту после того, как мы уйдем. Но я полагаю, что вы не должны оставаться в этой каюте. Дверь тут не запирается, и мы не можем быть уверены, что Фикс не придет сюда. Как только мы переместимся, вы отнесете дистортер в свою каюту и приклеите снизу к вашему столу, — распорядился Фогг.
— Почему бы не оставить этого человека…
— Немо, — подсказал Фогг.
— Этого Немо здесь?
— Я не доверяю ему, мисс Джеджибхой. У него есть огромная сила, острый интеллект и фантастическая изобретательность. Если мы сумели избавиться от пут, он сможет это тем более!
Немо надеялся, что враги расскажут, как они освободились, но они сохранили это в тайне. «Я узнаю об этом когда-нибудь», — поклялся он себе.
— Кроме того, связанный пассажир с кляпом во рту может смутить кого-нибудь. Вы можете заткнуть рот, Паспарту. Лязг, несомненно, пробудит всех на судне, — продолжал Фогг. — И Фикс, если он капеллиан, сразу все поймет. Если кто-то постучит, скажите им, что вы напуганы и не выйдете. Не открывайте дверь никому.
— Понимаю, — сказала Ауда. Ее голос был столь мягким, настолько прекрасным, что сердце Паспарту таяло, как пломбир в жаркий полдень. Ах! Как Фогг мог сопротивляться такой женщине, которая так открыто обожала его?
— Пусть этот звон и лязг останутся одной из тайн моря.
Слова ее оказались более чем пророческими, хотя даже она, возможно, не предвидела, что той ночи суждено породить не одну, но две морских тайны.
Паспарту залез под стол и настроил дистортер на передачу через 4 минуты. А потом он и Фогг забрались на стол, закрыв руками уши.
ГЛАВА 14
И они оказались на борту другого судна.
Это было маленькое парусное судно. Солнце стояло на высоте, указывающей время приблизительно девять утра. Фогг знал, что они переместились в Атлантику, вероятно между 15-м и 30-м меридианами. После этого поспешного вычисления у него не осталось времени на научные вопросы.
С высоты в пару дюймов они свалились на небольшую рубку в носовой части судна. Они были так близко к основанию мачты, стоя на крыше рубки, что они могли протянуть руку и коснуться его. Около них, наваленная на крышу, лежала неопрятная масса холста.
Единственный человек в поле зрения был на палубе на расстоянии в приблизительно двадцать футов, где он, несомненно, находился вне диапазона дистортера. Куски ваты торчали из его запей, и он держал револьвер.
Матрос не стал стрелять сразу, потому что он, должно быть, подумал, что двумя вооруженными мужчинами были капеллиане, а связанный человек был «рабом». Было верно, что он ожидал только одного капеллиана и двух связанных мужчин и связанную женщину, но то, что он увидел, сильно удивило его. Он понял, что ситуация изменилась.
Немо, хотя и оглушенный девятикратным звоном, тем не менее действовал быстро. Он дернулся и крутанулся так, что его длинные сильные ноги ударили похитителей по лодыжкам.
Паспарту, с реакцией и быстротой акробата, подпрыгнул. Фогг, который должен был предвидеть это движение, так как он утверждал, что непредвиденное не существовало, был сбит с ног. Его пуля вонзилась в палубу у ног матроса и, конечно, сообщила ему, что все не так, как он думал. Матрос выстрелил в Фогга, промахнулся, возможно из-за качки, и бросился бежать к корме. Паспарту бросился в погоню, вооруженный только одним из ножей Немо. Он подскользнулся, упал, перекатился и тут же оказался вновь на ногах.