После обеда Фикс спросил Фогга:
— Вы раньше видели этого Проктора?
— Нет. Но я вернусь в Америку, чтобы найти его, — спокойно сказал Фогг. — Для англичанина было бы неправильно разрешать обращаться с ним таким образом без возмездия.
Фикс улыбнулся, но не ответил. Фогг задумался. Он и в самом деле собирался вернутся в поисках полковника. Как англичанин, он сделал бы это во имя чести. Как эриданианин, он делал бы это, чтобы уничтожить капеллианна, если бы Проктор был таковым…
От Сан-Франциско до Нью-Йорка было 3786 миль железной дороги. Между океаном и Омахой, штат Небраска, железная дорога проходила по пересеченной местности, опасной из-за зверей и диких индейцев. Часть территории была оккупирована мормонами, сравнительно мирными людьми, хотя большинство язычников того времени считали их нецивилизованными. Поезд делал в среднем всего двадцать миль в час из-за множества остановок. На дорогу уйдет семь дней. То есть ушло бы, если бы бизоны, дикари, штормы, наводнения, аварии и лавины не вмешивались. Однако, если расписание будет выполнено, Фогг прибудет одиннадцатого декабря, чтобы сесть на пароход из Нью-Йорка в Ливерпуль, в Англию.
В восемь часов поезд, в котором ехали Фогг и компания, был превращен в общежитие… В полдень следующего дня поезд остановился на двадцатиминутный перерыв на завтрак в Рено, в штате Невада. В двенадцать часов поезд был вынужден останавливаться до наступления темноты, чтобы позволить огромному стаду бизонов пересечь железнодорожные пути. В тридцать минут девятого вечера поезд въехал в Юту.
Ночью пятого декабря поезд находился примерно в ста милях от Большого Соленого озера. Хотя Фогг не знал об этом. Это был день, когда бригантина «Dei Gratia» обнаружила «Мэри Селесту» плывущей без единой души на борту. Если бы Хед доверился своей удаче, его бы посадили на борт «Dei Gratia» и 12 декабря высадили в Гибралтаре. Это правда, что он был бы задержан следственным судом, но он мог бы сбежать. Таким образом, это добавило бы еще один элемент загадки к делу, которое озадачило ученых и публику и за сто лет породило много ложных историй. Даже название корабля известно большинству людей как «Мария Селеста». Однако эта ошибка не является загадкой. Это происходит из-за неправильной записи в отчете о лоцманской проводке в Нью-Йорке седьмого ноября 1872 года. Ошибка была даже увековечена в архивах Государственного департамента США, и американские газеты продолжали использовать фальшивое имя.
Возможно, самым влиятельным в распространении этой ошибки был А. Конан Дойль, который называет корабль «Мария Селеста» на протяжении всей его известной истории: «Заявление Дж. Хабакука Джефсона»…
Седьмого декабря поезд стоял в течение пятнадцати минут на вокзале Грин-Ривер на Вайомингской территории. Несколько пассажиров вышли, чтобы размять ноги. Ауда, посмотрев в окно, стал встревоженной. Она увидела полковника Стампа Проктора на платформе.
Верн говорит, что случай привел Проктора на поезд, но мы знаем, что все было немного по-другому. Верн также говорит, что Фикс, Ауда и Паспарту тайно замыслили помешать Фоггу узнать, что полковник был пассажиром соседнего вагона. Это было одной из беллетристических вставок Верна. На самом деле Ауда сразу разбудила Фогга и сообщила ему о полковнике.
Фогг просто спросил, могут ли Ауда и Фикс сыграть в вист, и они начали партию.
Ауда, используя карты в качестве передатчика кода, спросила Фогга, что он собирается делать с Проктором. Фогг ответил:
— Ничего, на данный момент.
— Почему нет, если я могу спросить?
— Время и место не подходят.
Вскоре поезд понес их через Скалистые горы, сквозь снег и пургу. Неподалеку от форта Халлек поезд неожиданно остановился. Взволнованные пассажиры, за исключением Фогга, вылились из вагонов. Они обнаружили, что инженер и проводник разговаривают с гонцом. Тот был отправлен из Медицин-Боу, со следующей остановки, чтобы остановить поезд. Подвесной мост через пропасть стал слишком непрочен, чтобы поезд мог пересечь его.
Американец Форстер предложил откатить поезд обратно, чтобы он мог начать движение. Если бы он набрал достаточную скорость, он бы практически перепрыгнул через мост.
После некоторых колебаний пассажиры, за одним исключением, согласились. Паспарту, используя логику, отличающую истинного галла, спросил, почему пассажиры не хотят пройти по мосту? Зачем ехать на поезде, который может упасть в пропасть?
Он был отвергнут всеми и поэтому ехал дрожа, пока поезд, движущийся со скоростью сто миль в час, мчался по мосту. Едва задние колеса хвостового вагона выехали на землю, мост с шумом рухнул в пропасть.