Что касается Фикса, он восхищался Фоггом все больше и больше. Ему также было интересно, почему он не получил никаких приказов в Нью-Йорке относительно Фогга. Несомненно, Немо изменил свои планы, но хотелось бы узнать, что происходит. Возможно, одним из членов экипажа был товарищ-капеллианин, которому было приказано убить эриданиан, даже если ему пришлось бы взорвать судно. Фикс не любил обдумывать этот вариант, поскольку это означало бы его собственную кончину. И, честно говоря, он признал, что все больше и больше взволнован по поводу ставки. Несколько раз ему приходилось напоминать себе, что он не имеет права болеть за этого парня.
Шестнадцатого декабря половина пути через Атлантику была позади!
«Генриетта» благополучно прошла через ньюфаундлендские туманы и шторм. Но тут главный инженер сообщил Фоггу, что запас топлива закончился. У корабля было достаточно угля, чтобы идти на «коротких парах» с пониженной скоростью до Ливерпуля. Топки все еще работали «на самом малом».
Фогг, после некоторых размышлений, велел инженеру держать огонь на максимальном уровне, пока уголь не закончится. Восемнадцатого Фоггу сказали, что сегодня топливо будет исчерпано. Около полудня Фогг послал за капитаном. Лицо его побагровело, Спиди устремился на мостик.
— Где мы? — вопил он.
— Семьсот семь миль от Ливерпуля, — спокойно сказал Фогг.
— Пират!
— Сэр, я послал за вами…
— Грабитель!
— …попросить вас продать мне корабль.
— Всеми дьяволами, нет!
— Тогда я буду вынужден сжечь его.
— Что, сжечь «Генриетту»!
— Как минимум палубные надстройки. Уголь закончился.
— Сжечь мой корабль? Корабль стоимостью пятьдесят тысяч долларов!
— Вот шестьдесят тысяч, — сказал Фогг и передал капитану деньги.
Здесь Верн делает свое классическое замечание:
Американец вряд ли может оставаться равнодушным при виде шестидесяти тысяч долларов.
Этноцентризм Верна очевиден в этом утверждении. Мало кто из представителей любой национальности, тогда или сегодня, не был бы эмоционально затронут при представлении этой суммы. Спиди забыл свою ненависть. Деньги, больше чем музыка, успокаивают дикого зверя. Он совершил самую лучшую сделку в жизни.
— У меня все еще останется железный корпус?
— Железный корпус и двигатель. Я покупаю только древесину и все другие горючие вещества. Это согласовано?
Затем Фогг отдал приказ снять все внутренние сиденья, койки, рамы и другую мебель и отправить в топку.
На следующий день, девятнадцатого, сгорели мачты, лонжероны и плоты. Двадцатого числа последовали перила, фурнитура и большая часть палубы и надстроек. В этот день пароход оказался в пределах видимости ирландского побережья и маяка Фастнет. В десять часов вечера появился Куинстаун. Это был ирландский порт, куда заходили трансатлантические пароходы. Оттуда курсировали скоростные поезда в Дублин, откуда почта доставлялась на скоростном катере в Ливерпуль. Этот маршрут доставил почту в Лондон за двенадцать часов.
«Генриетта» три часа ждала прилива, после чего вошла в гавань и выгрузила компанию. Через час путешественники вышли на сушу. Так как это была британская земля, Фикс мог арестовать Фогга и посадить его в тюрьму. Верн пишет, что Фикс очень хотел сделать это. Но Верн мог только догадываться, почему сыщик воздержался.
«Какая борьба происходила в его душе? Изменил ли он свое мнение об этом человеке?»
Нет, Фикс не передумал. Он просто не мог сделать это. Долгая близость с тремя врагами заставила его признать, что эриданиане могли быть и в этом случае были такими же людьми, как и он. Они, смертельные антагонисты его собственного народа, не воплощали зло. Он восхищался Фоггом за его непоколебимую смелость, сообразительность, находчивость, преданность и щедрость. Он ему нравился. Ему нравились двое спутников Фогга по тем же причинам. Он любил Фогга много больше, чем Немо, которого, как он сам признавал, ненавидел — боялся и ненавидел. И ему не нравился Стамп Проктор; Фикс был рад, когда план полковника убить Фогга был испорчен сиу.
Снова и снова он внушал себе, что думает неправильно. Не важно. Он продолжал думать в том же духе. Он не мог спать по ночам из-за своих душевных конфликтов. Что он должен был делать?