— Немо знает, что делает, — отрезал высокий темный человек. Он посмотрел на Паспарту. — Пока они прячутся, мы можем поработать над этой лягушкой. Ты должен наслаждаться этим. У тебя было много практики.
— Отлично! — сказал человек с желто-зелеными глазами. — Но что помешает двум другим убить себя?
— Ничего. Но именно этого и хочет Немо. Вы задаете слишком много вопросов, приятель.
Другой выглядел так, как будто ему это не нравилось. Хотя он не вел себя как военный, он излучал ауру главнокомандующего в отставке, желающего покомандовать снова.
— Кроме того, — добавил он, — откуда мы знаем, что у Фогга нет секретных путей эвакуации?
— Предполагаю, что дом был осмотрен, пока Фогга не было, — сказал высокий темный чужак. — Почему бы тебе не спросить Немо?
— Нас всегда оставляют в неведении, — сказал человек с хищным лицом.
Высокий темный мужчина пожал плечами и подошел к Паспарту. Он посмотрел на пленника.
— Интересно, знает ли он что-нибудь, чего мы не знаем?
— Код?
— Он изменился с тех пор, как Фогг начал свою поездку, и теперь мы знаем старый. Но я уверен, что у него найдутся некоторые интересные для нас сведенья.
— Нам придется держать его с кляпом во рту, потому что мы не хотим, чтобы соседи услышали его крики. Поэтому мы оставим правую руку нетронутой. Он должен быть в состоянии писать.
— Что, если он использует левую руку, чтобы писать?
— Мы узнаем.
Высокий темный человек сказал:
— Прежде чем начнется развлечение, я должен оживить лошадь и убрать кэб с дороги. Удивительно, что никто не заметил лошадь. Где кухня? Ведомый должен это сделать.
Он оставил комнату и человека с желто-зелеными глазами. Тот казался раздраженным.
«Ревность», — подумал Паспарту. Он ревновал к власти Немо. Если бы только он мог использовать это! Но на это надежды не было. И он не мог говорить.
Знакомый голос раздался с верхней лестничной площадки. Человек с желто-зелеными глазами поднялся.
— Да?
— Что, Венделер?
— Да, сэр.
— Пусть полковник немного подождет. У меня есть другая идея.
— Да, сэр.
Венделер? Где он уже слышал это имя раньше?
Раздались шаги полковника, и он вошел, держа в руках большое ведро, из которого переливалась через край вода.
— Этого должно быть достаточно, чтобы животина снова встала на ноги, — сказал он, посмеиваясь. — Мы должны поблагодарить Морана за то, что он открыл этот редкий восточный препарат. Одна таблетка, и скотина падает, казалось бы, мертвой в точно рассчитанный момент. Одна емкость с водой, и она реанимируется через минуту.
— Я знаю, — сказал Венделер.
Теперь Паспарту вспомнил, где он раньше слышал имя Венделера. Должно быть, тот был печально известным англичанином, чей поединок с герцогом Валь д’Оржем, одним из лучших фехтовальщиков мира, был прославлен во всех французских газетах. Герцог потерял руку во время поединка и жену, после того как она сбежала с Венделером. Несколько лет спустя Венделер на короткое время стал диктатором Парагвая. В конце концов он был вынужден бежать из-за восстания, вызванного его злодеяниями. Герцогиня умерла во время бегства, как говорили некоторые — при обстоятельствах, к которым был причастен Венделер. Также было известно, что он служил британскому правительству во время индийского мятежа, но его подвиги были таковы, что правительство не осмеливалось признать их. Поговаривали, что он никогда не проигрывал поединка с кем-либо, кроме одного, со столь же пресловутым капитаном Ричардом Фрэнсисом Бертоном. Однако поклонники Венделера утверждали, что правительство вмешалось, потому что тогда Венделер занимался деликатной и чрезвычайно важной задачей по извлечению драгоценностей баронета, сэра Сэмюэля Леви. Дуэль возобновлялась всякий раз, когда Венделеру и Бертону приходилось встречаться снова, что было маловероятно, так как оба редко бывали в Англии.
Паспарту вздрогнул. С такими людьми, в плену, какой мог быть шанс?
Венделер сказал:
— Твой брат хочет видеть тебя, полковник.
Высокий темный мужчина поставил ведро и поднялся по лестнице:
— Поднять?
— Нет, — покачал головой Немо. — Не забывайте держаться подальше от лошади, когда она оживает. От наркотика зверь иногда впадает в безумие. Держите голову минуту, не попадаясь под копыта, и она успокоится.
— Я не забыл, — заверил полковник. — Я не зеленый новобранец.